Встреча в Царском Селе стала решающей для грозной ставки: Иван Степанович несет долю в победе над германскими войсками и готовит последний штурм Венгрии. Здесь же он узнает о смертельном диагнозе, лишаясь надежного помощника в борьбе за Победу. Напряженная атмосфера Ставки, яркие персонажи и опасные решения — вот что дает жизнь роману "Запад в огне"....
В одном месте им даже пришлось подождать минут пятнадцать, пропуская бойко двигающуюся колонну танков.
Еще через полчаса душной дороги выехали на грунтовый простор, оставив позади подлатанные коробки кирпичных зданий. Впереди показалась небольшая березовая рощица с крепкими стволами и с поломанными кронами, изрядно и некрасиво прореженная разрывами снарядов. Сейчас роща больше напоминала подлесок, порубленный неумелыми лесорубами.
Небо понемногу хмурилось. Еще какую-то минуту назад ясное, до боли в глазах синее, оно вдруг посерело на горизонте и, будто бы на что-то разобидевшись, прикрылось мохнатыми тучами.
— Ливень будет, — всмотрелся в небо водитель, осторожно объезжая колдобины, нарытые тяжелой техникой. — Уже который день невыносимое пекло. А после дождя задышится легче.
— Возможно, что и польет, — согласился Тимофей, думая о своем.
— Хотя, помню, на прошлой неделе вот точно такая же история была, тучи кружили, кружили, — сержант был расположен к разговору, длинная дорога утомляла, — а потом вдруг как-то все разом рассосалось.
Угнетало, что расставание с женой получилось скорым, без прежней душевности, что ли. А ведь хотелось, взявшись за руки, поговорить о самом простом и о том, что он к ней чувствует.
Далее потянулся однообразный сельский пейзаж. Совсем мирный, добродушный: скошенные поля, с расставленными без всякого порядка копнами, почерневшие избы с огороженным хозяйством, белые мазанки с посеревшими соломенными островерхими крышами. К домам тянулись узенькие натоптанные тропинки, упиравшиеся в низкие хлипкие плетни.
Вдруг по крыше кабины громко стукнули.
— Чуть не забыл… — воскликнул сержант.
Остановив машину, он подождал, когда тот спрыгнет с кузова.
— Не растрясло тебя там?
— Ничего, я привычный. Спасибо, браток.
— Тебе далеко еще топать-то?
— В это село, — махнул почтальон в сторону хат, растянувшихся вдоль дороги, — а потом еще в одно по соседству, с пяток верст будет. Письма бабам от фронтовиков везу… — Посмурнев, он добавил: — Хотя и похоронки тоже имеются. Вот все думаю, как отдать.
— Трудная у тебя работа.
