Впрочем, такое было крайне маловероятно: только смертельная болезнь могла заставить отца хотя бы подумать о том, чтобы уйти со службы на минуту раньше. Занимая руководящий пост в компании «Инвентинг», он считал, что обязан показывать пример, не допускал опозданий, краткосрочных больничных и преждевременных уходов домой и требовал того же от подчиненных.
Тепло в дом привносила Марит — теперь Софи ощущала это со всей очевидностью. Ула воплощал собой четкость, чистоту и холод, а Марит — надежность, теплоту, небольшой хаос и счастье. Софи часто задумывалась над тем, что могло изначально привлечь их друг в друге. Как два столь непохожих человека могли встретиться, влюбиться, сочетаться браком и произвести на свет общего ребенка? Сколько Софи себя помнила, это было для нее загадкой.
У нее родилась идея. До прихода отца с работы оставалось чуть больше часа. Софи зашла в спальню Улы, которую прежде он делил с Марит. Она знала, где все находится — в гардеробе, в самом дальнем углу. Большая коробка с тем, что Ула называл «сентиментальной чепухой Марит», но которую пока еще не выбросил. Софи удивляло то, что мама не забрала коробку при переезде, — возможно, ей просто не хотелось ничего брать с собой в новую жизнь. Она хотела забрать лишь Софи, и этого ей бы хватило.
Софи уселась на пол и открыла коробку. Там лежало множество фотографий и вырезок, младенческий локон Софи и пластиковые браслеты, которые им с Марит надели на руки в роддоме в доказательство того, что они принадлежат друг другу. В маленькой баночке что-то бряцало, и, открыв ее, Софи с отвращением обнаружила там два зуба — наверняка ее собственных, но все равно отвратительно.
В течение получаса Софи медленно разбирала содержимое коробки, раскладывая тщательно изученные вещи по полу в аккуратные кучки. Она с изумлением констатировала, что со старых фотографий молоденькой Марит на нее смотрела девочка, как две капли воды похожая на нее саму. Ей никогда не приходило в голову, что они настолько похожи, и это ее обрадовало. Она внимательно всматривалась в свадебную фотографию Марит и Улы, пытаясь отыскать намек на те проблемы, которые ждали их в будущем. Может, они уже тогда знали, что у них ничего не получится? Софи даже подумалось, что, вероятно, так оно и было. Ула выглядел строгим, но довольным, а лицо Марит казалось почти безразличным, словно она подавила в себе все эмоции. Она явно не походила на сияющую от счастья невесту. Газетные вырезки сильно пожелтели и сухо зашуршали, когда Софи за них взялась. Извещение о свадьбе, сообщение о рождении Софи, руководство, как вязать крючком детские носочки, рецепты для праздничных ужинов, статьи о детских болезнях. Софи казалось, будто она держит в руках саму Марит.