Или, вернее, ему нравилось внимание, которое расследование привлекает к сериалу, но он ненавидел моменты, когда полиция активно отнимала у них с участниками время.
— Мы хотим поговорить с вами. И с участниками. Созовите всю группу и велите им собраться в клубе. Немедленно. — Терпение Патрика явно подходило к концу, и он не намеревался тратить время на любезности.
Фредрик Рен, не уловивший всей серьезности злобы, с которой столкнулся, начал визгливым тоном протестовать:
— Но они же на рабочих местах. И мы ведем запись. Вы не можете просто…
— Немедленно!!! — рявкнул Патрик, и Рен с техником испуганно подскочили.
Что-то бурча, продюсер взял мобильный телефон и начал обзванивать выданные участникам номера. После пяти разговоров он обернулся к Патрику с Мартином и обиженно сказал:
— Задание выполнено. Они будут здесь через несколько минут. Можно полюбопытствовать, что же является столь чертовски важным, раз вы вторгаетесь и срываете миллионный проект, который к тому же поддерживается руководством края, поскольку приносит вашему городу большую выгоду?
— Я расскажу об этом через несколько минут, когда мы увидимся в клубе, — ответил Патрик и вместе с Мартином покинул автобус. Краем глаза он заметил, как Фредрик Рен снова схватился за телефон.
Один за другим стали появляться участники шоу: некоторые казались сердитыми из-за внезапного вызова, другие же, например Уффе и Калле, похоже, только радовались перерыву.
— В чем дело? — спросил Уффе, усаживаясь на край большой сцены.
Он достал пачку сигарет и уже собрался закурить, но Патрик помешал ему, выдернув у него изо рта еще не зажженную сигарету и бросив ее в корзину для бумаг.
— В клубе курить запрещено.
— Какого черта! — злобно воскликнул Уффе, но на более серьезные протесты не отважился. Что-то в поведении Патрика и Мартина подсказывало: они здесь не для того, чтобы разъяснять правила пожарной безопасности.
Ровно через восемь минут после того, как Патрик постучался в автобус, в дверь вошел последний участник.
— Что еще случилось? У вас тут такое похоронное настроение! — со смехом произнесла Тина, усаживаясь на одну из кроватей.
— Заткнись, Тина, — велел Фредрик Рен и, скрестив на груди руки, прислонился к стене.
Продюсер собирался проследить за тем, чтобы перерыв получился как можно короче. Он уже успел позвонить кое-кому, поскольку терпеть разные идиотские полицейские преследования он не намеревался. Он ведь не какой-нибудь нищий.
— Мы здесь для того, чтобы прояснить одну-единственную вещь. — Патрик огляделся и приковал к себе взгляды всех участников. — Я хочу знать, кто нашел дневник Лиллемур. И кто продал его вечерней газете?!
Фредрик Рен нахмурил брови. Вид у него был озадаченный.