Дани задумчиво потёрла кожу в месте поцелуя и рассмеялась.
А жизнь-то налаживается!
Релле вернул себе видимость, как только очутился возле алтаря. Провёл рукой по камню, прислушался к отклику родового артефакта.
И хмыкнул.
— Второродная, говоришь? Ассорбитор? Ну-ну, внучок… Впрочем, тебе простительно, ведь живым недоступно видеть то, что видят духи! Но Алан говорит — девочка второродная? Восхитительная тайна! Завтра же ночью отправлюсь в поместье Маритт, попробую поискать отгадку!
Но подсказывать внуку ничего не стану — что легко достаётся, то мало ценится! Сам, Алан, сам! А я понаблюдаю! И помогу… но только девочке.
Глава 26
Она выспалась, как никогда!"
"То ли её организм, вымотанный неприятностями и потрясениями последних суток, просто исчерпал лимит, то ли после слов Инквизитора ушло терзавшее её напряжение, но Даниэль прекрасно отдохнула.
Открыв глаза, девушка пару минут вспоминала, где и почему находится, а потом резко вскочила.
Милорд сказал, что она будет служанкой, но прислуга должна вставать рано-рано, вместе с дневным Светилом! А оно уже вон как высоко поднялось, почти до макушек деревьев. Почему же её никто не разбудил?
Или это тоже проверка, мол, как ты выполняешь мои приказы? Я вчера сказал тебе, кем ты тут будешь, а ты до сих пор валяешься в постели? И — раз! — новое наказание!
Новое… Вернее, первое, ведь она пока ни одного ещё не получала. Даже за воровство силы её, можно сказать, простили.
Спешно приводя себя в порядок, Даниэль размышляла — как так вышло? Взрослых Ассорбиторов казнят на месте, но прошло два дня, а она не только жива, но даже в темнице не побывала!
Ох, спаси Молчаливый, надо держать ухо востро, сдаётся ей, у инквизитора какие-то свои цели.
Даниэль наскоро ополоснулась и надела скромное светло-серое платье.
Она как раз решала, что лучше сделать с волосами, когда дверь открылась, и в комнату вплыл поднос с тарелками и кувшином, а следом за ним появилась невысокая полная женщина.
— Проснулись уже? — приветливо произнесла она. — Я — Витка, милорд приказал принести вам завтрак и помочь одеться.
— Да я и сама справилась, — несколько растерялась Даниэль. — И… я служанка здесь, такая же, как и ты.
— Ну нет, вы из благородных, это сразу видно! — покачала головой женщина. — Уж не знаю, что за сложности у вас с его светлостью, не имею привычки лезть не в своё дело. Но прислугу не селят на господском этаже! Вы — тьера, и я буду обращаться к вам только так! Конечно, если милорд прикажет… Но он пока ничего такого не говорил. Давайте-ка я вам ленту принесу. Переплетёте косу, подвяжете её, и будет ладно!
— Вот как… И что ещё велел милорд?
— Больше ничего! Вы садитесь завтракать, а то его светлость уже с час меряет шагами коридор. Так думаю, ждёт, когда вы проснётесь и поедите.