Ренард перевёл взгляд на замершую публику, убедился, что поисковик крови уверенно подтверждает родство графа с Даниэль. Снова взглянул на Альбертину.
Нет, ничего общего!
— Милорд, не присядете? — решила напомнить о своём существовании Шарлота де Маритт
— Граф, а где ваш сын? — Инквизитор обратился к теру Бруно, намеренно игнорируя графиню, словно не расслышал или не заметил.
Впрочем, для него, как и для поисковика, теры Шарлоты на самом деле не существовало.
— Элиан? Вон он! — показал де Маритт. — Вы окажете мне честь и разделите со мной го… радость?
Прежде чем дать ответ, Ренард отправил магию к брату Даниэль и испытал новое потрясение — снова ни малейших совпадений!
Допустим, после обряда в Храме кровная связь с матерью уничтожилась. Но осталось кровное единство со стороны отца!
А тут…
В горле пересохло, и Ренард шагнул к столу.
Сбоку кто-то подсунул ему стул, а справа от родителя новобрачной образовалось свободное место.
Как и куда подевались трое или четверо, кто там сидел раньше, Ренард не заметил. Да это его и не волновало.
Инквизитор решал в уме головоломку.
Дядя, конечно же, выразит недовольство, раз перспективная невестка досталась другому. Но тут никто не виноват. Просто не судьба семье Сантини породниться с родом Маритт — уже второй раз этот брак срывается! Теперь окончательно.
Лайонел будет счастлив…
Что до него самого, Ренарда, то он ещё не понял, радоваться или огорчаться.
Маг снова отправил заклинание к графу, графине, потом к дочери, к сыну. Получил прежний результат и принял решение: он здесь задержится.
Что-то весьма странное происходит в этом семействе, начиная с несимметрично исчезнувших родственных связей и заканчивая замороженным резервом Альбертины…
— Я разделю с вами радость, — Инквизитор, не глядя, придвинул к себе стул, сел на него и снял с пальца дорогой перстень. — Подарок новобрачной за отдарок!
— Подарок за отдарок! — подхватили заметно оживившиеся гости.
Инквизитор вспомнил старинный обычай!
Инквизитор хочет в этом году жениться!
Невеста не может отказать, ведь тогда она навлечёт на себя беду!
— Я дарю это украшение и прошу взамен твой браслет! — Инквизитор ослепительно улыбнулся и ткнул пальцем в тонкий ободок золотого Контролёра.
Глава 31
Оставшись в одиночестве, его величество ещё раз зевнул и отправился приводить себя в порядок.
Через некоторое время король был полностью готов к новому дню — умыт, одет и достаточно раздражён, чтобы отправить прислуге, дворецкому и паре придворных «будительное» заклинание.
На редкость издевательское изобретение сочетало в себе противный звук, изрядную увёртливость и непреодолимую настойчивость.
Сначала раздавался вынимающий душу писк. Причём слышал его только тот, кого необходимо было разбудить.