Женщина Джина Лоллобриджида встала перед невидимым зеркалом, каждый шаг подобранно по штрихам своей жизни — от сценической известности к драматическим изменениям. В каждой книжке она искренне переживала, а здесь — все происходило в реальности, лишая ее возможности уклониться. Аромат старой кожи и запах табачной духи делали этот прямолинейный мир домом Джины, готовой предложить любую роль на сцене даже за пределами ее способностей....
Похоже, «Запасная жена» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Может, он объяснил, кто нападал на него с ножом? Может, его нужно хорошенько потормошить, припереть к стенке, чтобы он сказал правду?! Может, он что-то скрывает?!
— Когда мы пришли к нему в домик, он крепко спал, — совершенно спокойно ответил Толя, пододвинул к себе пепельницу и закурил.
— Неужели я ошиблась? Быть может, на моем полотенце лежал другой араб?
— На территорию виллы посторонних не пускают.
— А ковбой?
— И ковбоев в том числе. И вообще, с чего ты взяла, что это спасатель? Арабы все на одно лицо.
— Не скажи. Кто-кто, а арабы не на одно лицо. Тот человек был одет в куртку, на которой был нарисован верблюд и написано: «Приглашаем посетить Египет».
— Таких курток полно.
— Эта куртка была ядовито-желтого цвета.
— В таких куртках ходит обслуга этой виллы.
— Вот видишь. И еще я запомнила этого спасателя, когда он у нас на глазах чинил катер. У него лицо такое запоминающееся.
— Ну как у араба может быть запоминающееся лицо?
— Очень просто.
— Объясни.
— Глаза слишком выпуклые, как у суслика.
— Что?!
— Я говорю, что строение черепа у него очень странное.
— И когда ты успела разглядеть его череп?
— А что его разглядывать-то? Таких черепов единицы. Очень странная черепная коробка, как у инопланетянина.
— Почему?
— Она вытянутая какая-то…
— Маша, может, ты права и череп у него действительно марсианский, но когда мы пошли смотреть обещанный труп, то спасатель спал себе сном праведника в своем домике.
— Я терпеть не могу ужастиков.
— Не похоже. У тебя слишком богатая фантазия и больное воображение.
Беспомощно разведя руками, я села на краешек кровати и склонила голову.
— Тогда какое может быть объяснение тому, что вчера произошло?
Толя взял меня за руку и осторожно произнес:
— Врач сказал, что это последствия стресса.
— Какой врач?
— Тот, который к тебе приезжал.
— Египетский?
— Да, араб. Русских врачей тут, к сожалению, нет.
— Да что он может знать, египетский врач? Какая у них может быть медицина?
— Не скажи, тут есть неплохие специалисты.
— Да откуда им взяться?
— И все же. Я говорю, что это последствия стресса.
