Автор
Гидеон ворчит об отсутствии интереса к вечеринке, где лишь музыка хоть сколько-то отличается от обычных мест его повседневной жизни — ближайшего парковочного гаража. Тем не менее, пиво и таблетки оставляют желать лучшего.
На губах идеальной формы недовольная усмешка. Это выражение не меняется с той минуты, как мы расстались: она ненавидит весь мир и готова сорвать свою злость на первом попавшемся бедняге.
Не знаю, много ли парней у нее было с тех пор, как она заявила, что собирается причинить мне такую же боль, как я – ей, но уверен: секс перестал приносить ей удовольствие. Да и как по-другому, если ее тело принадлежит мне, а мое – ей?
– Что это за красотка, на которую ты так пялишься? – с любопытством спрашивает Кэл.
– Коснешься ее – и ты труп, Лониган, – огрызаюсь я.
И направляюсь прямиком к Саванне Монтгомери, чтобы узнать, что она забыла в этом гадюшнике, вместо того чтобы разбивать мечты младшеклассников частной академии «Астор-Парк».
Но какой-то чувак из «Сигмы» опережает меня. Упершись локтем в стену над головой Саванны, он чуть ли не трется о нее, пока она не успела отойти от входа.
Я хватаю его за плечо.
– Тебя ищет твой брат Пол.
Облаченный в рубашку-поло слащавый придурок удивленно моргает.
– Пол?
– Ну, может, Питер или Паркер.
– А, Джейсон Пруитт?
– Наверное.
И я не особо вежливо отталкиваю парня от Саванны.
– Мне нужно отлучиться на пару сек, – придурок подмигивает моей девочке. – Никуда не уходи, я скоро вернусь.
– Что еще за брат Пол? – спрашивает голос за моей спиной.
Чертов Кэл. Я резко разворачиваюсь.
– Что ты тут делаешь?
– Хотел посмотреть, что так привлекло внимание всемогущего Гидеона Ройала.
Она пожимает его руку и не выпускает дольше, чем мне того хотелось бы.
– Лонг? Такие прозвища обычно противоречат действительности.
Я сжимаю челюсти. Удивительно, что у меня до сих пор все в порядке с эмалью: с нашей первой встречи я только и делал, что изо всех сил сжимал зубы.
– Ничего подобного. Это совершенная правда. Ройал может поручиться. Мы вместе в команде пловцов, – Кэл наклоняется, чтобы поцеловать ее пальцы.
– Она несовершеннолетняя, – тут же вмешиваюсь я.
– Вот и нет, идиот! – Сав отдергивает руку. – Мне восемнадцать. А в этом штате, как тебе прекрасно известно, возраст согласия на вступление в половую связь начинается с шестнадцати.
– Отвали, Кэл. – Ни за что на свете я не стану называть его Лонг. – Она моя. Ты знаешь правила.
Саванна взглядом метает в меня молнии.
– Я не твоя.
