Автор
Алена сидела, словно под гипнозом, ожидая врачебного ответа на самый волнующий вопрос своей жизни: беременность или простое недомогание? Когда она поняла, что это последний шанс увидеть своего любимого через прибор, радость и страх захлестывали ее, будто новогоднее сердце ожидало подарка. Теперь все зависело от анализов — будут ли белые линии на тесте или нет?...
Характерный звук и нас заносит. Одни взгляд на Камиля и приходит ощущение полной жопы. Особенно, когда машину начинает нещадно крутить, а в глазах от боли в ноге и голове темнеет.
Глава 37. Никита
— Твоему факелу срочно нужен душ. Пойдем, я все проконтролирую, — проговорила Алена со сладкой улыбкой. Хотя секунду назад я был уверен, что и на этот раз получу отказ.
Но нет, она уходит в ванную, маняще постукивая пальцами по косяку двери, за которой скрывается.
Сейчас мне кажется, стань Алена внезапно самкой богомола я бы все равно стряхнул с себя труселя и помчался за ней.
И плевать, что дальше.
А дальше дыхание перехватывает, потому что эта чертовка уже без одежды, светит своими песочными часами. Нагнулась над ванной и регулирует воду. Отвратительно крошечная ванная, дебильные желтые занавески. Нет места для маневра, для настоящей прожарки, фантазии о которой мешали мне спать. Но, будем честны, в моем воображении Алена не была беременна. А сейчас мне и на это наплевать. Сейчас я бы согласился и на коморку Гарри Поттера, только бы поскорее факел вернулся в свое законное место.
Рука сама тянется к паху, словно это может напряжение снять. Словно рядом с Аленой может вообще что-то помочь снять напряжение, кроме секса.
Долгого, жесткого, влажного и обязательно с громким обозначением кульминации. Чтобы Алена кричала. Чтобы захлебывалась моим именем.
— Бля, Ален, какая у тебя задница, — и это самое мягкое, что хочется сейчас сказать. Обрадовалась бы она, скажи я что ли более грубое?
— Да, я поняла, как она тебе нравится, когда ты мне подарил пробку.
Было дело, виноват.
— До сих пор дуешься на это? — подхожу я, со стыдом вспоминая тот эпизод. Но стыд не мешает фантазии разыграться и первое, что я делаю, это ласкаю пальцами. Готова. Всегда готова для меня, но так долго мурыжила. Теперь не отвертишься, теперь я отыграюсь за каждую мозоль на ладони.
Чуть наклоняюсь, ставлю руку на край ванны и целую изогнутую спинку, чувствуя, как в груди закипает лава, делая кровь почти густой, а сердце уже дымится, подрагивая на каждый удар сердца.
— Нет конечно, — удивляет она и вдруг я получаю струю теплой воды прямо в лицо. Отплевываю, уже хочу сматериться на этот детский сад, но смех Алены настолько заразительный. Настолько сладкий, что я просто сам улыбаюсь как дурак, наслаждаясь близостью любимой. Рядом с ней, словно на пасеку медовую попал, собрал все самое вкусное и отнес за стол, чтобы полить медом любимые блины.
