Автор
Романтическое путешествие в усадьбу друзей превращается в опасное расследование. Лавиния и Тобиас, давно питавшие друг к другу нежные чувства, вынуждены объединить усилия перед лицом таинственного преступления. Общая опасность разжигает между ними страсть, но смогут ли они доверить друг...
Оба вышли из совершенно различных миров, но каким-то образом сумели поддерживать тесную связь, основанную как на взаимном уважении, так и на взаимной выгоде.
Они не потеряли друг друга из виду, даже когда каждый нашел новое занятие. В кабачок Джека стекались все сплетни и слухи, ходившие в криминальном мире Лондона. Тобиас в качестве частного детектива нередко добывал здесь важные сведения.
— Мементо Мори? — переспросил Джек, опуская свою огромную тушу в массивное кресло и рассеянно почесывая уродливый шрам, тянувшийся от уголка рта до самой мочки уха. — Ты имеешь в виду первого или второго?"
"— Я пришел поговорить о втором, Закери Элланде, но с радостью выслушаю все, что сможешь сообщить о том и другом.
— Не уверен, что сумею тебе помочь, — покачал головой Джек, перекатывая стакан с бренди в широких лапищах. — В то время, когда действовал Закери, ходили слухи о джентльмене-убийце, но, как тебе известно, он работал в богатых кварталах и имел дело только с людьми знатными. Насколько мне известно, он никогда не опускался до трущоб и находил своих клиентов, жертв и удовольствия в местах почище. В этом смысле должен признать, что он во всем подражал тому, кто был до него.
Тобиас глотнул бренди и опустил стакан.
— Ты был совсем маленьким, когда впервые услышал историю о Мементо Мори. Что ты помнишь?
— О нем говорили только шепотом и с оглядкой. Вроде бы он такой мастер, что никто не знал, сколько заказов ему пришлось выполнить. Все преступления выглядели как несчастные случаи, самоубийства или разрыв сердца. Он был настоящей легендой.
— Потому что ему все сходило с рук?
— Нет, потому что он, по-своему, разумеется, слыл человеком чести. И брался за дело только в тех случаях, когда считал, что его жертва недостойна жить. Если верить рассказам, он предпочитал охотиться на самых злобных и порочных членов общества: богатых, могущественных, способных сделать любую подлость и остаться безнаказанными. Да, он убивал за деньги, но только если решал вершить своего рода правосудие.
— То есть сам назначал себя судьей и палачом. Не так ли?
— Да. По крайней мере я так слышал.
— Крекенберн сказал, что вот уже несколько лет о Мементо Мори ничего не известно. Он считает, что убийца, вероятно, умер.
— Вполне возможно, — пожал плечами Джек. — Но мне передавали, что джентльмен-убийца удалился от дел и живет в домике у моря.
— Мементо Мори удалился от дел?! — едва не рассмеялся Тобиас. — Какое очаровательное завершение карьеры.
