Матвей Соболев, опытный контрразведчик и мастер боевых искусств, вступает в отчаянную борьбу с преступностью и коррупцией, захлестнувшими страну. Ему предстоит противостоять уголовникам, продажным чиновникам и предателям в органах власти, рискуя собственной жизнью ради справедливости.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Запрещенная реальность. Том 1» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Матвей Соболев, опытный контрразведчик и мастер боевых искусств, вступает в отчаянную борьбу с преступностью и коррупцией, захлестнувшими страну. Ему предстоит противостоять уголовникам, продажным чиновникам и предателям в органах власти, рискуя собственной жизнью ради справедливости.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Василий Головачёв Легкое чтение Фантастика Попаданцы подборки серии
Матвей Соболев, опытный контрразведчик и мастер боевых искусств, вступает в отчаянную борьбу с преступностью и коррупцией, захлестнувшими страну. Ему предстоит противостоять уголовникам, продажным чиновникам и предателям в органах власти, рискуя собственной жизнью ради справедливости.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Вместо ответа Завьялов только развел руками. С кем бы Завьялов меньше всего хотел иметь дело, так это с бывшим комиссаром-2.
Рыков встал.
— Придется мне крепко подумать, стоит ли начинать войну ослабленным составом. А как вы думаете жить дальше, Дмитрий Васильевич? Вы ведь вообще ушли из аппарата премьера?
— Выживу, — встал и Завьялов. — Я юрист, работу будет найти нетрудно.
— Ну что же, удачи вам!
В машине Боханова Рыков, помолчав немного, сказал:
— Он оказался слабее, чем я думал. Если организация возродится, он станет опасен.
— Пусть живет как хочет, — нажал на газ Боханов. «Тойота» плавно тронулась. — Так что, сворачиваем план?
— Наоборот, раскручиваем дальше! Завьялов всегда был слишком интеллигентен для роли комиссара «Стопкрима». А уж для должности координатора он тем более не годится!
— Насколько я понимаю, лидер теперь ты?
— Нет, есть кандидатура помощней. Приезжай завтра к Музыке.
— Ты же говорил, что он вышел из игры.
— На одно из кресел в «Чистилище» претендует его зять. В девять вечера, не опаздывай. Высади меня на углу.
Боханов свернул в Староконюшенный, остановился и долго смотрел вслед Рыкову, пока комиссар-2, худой и невысокий, как подросток, не растворился в серой толпе.
Вторая встреча комиссаров разительно отличалась от первой.
Кроме Боханова и Рыкова, на ней присутствовали еще трое, все в костюмах, но друг на друга совсем непохожие. Самый старший — на вид ему исполнилось лет шестьдесят — слегка напоминал Музыку тяжелым и властным лицом, бровями, осанистой фигурой. Двое других были моложе едва ли не вдвое. Один — небольшого роста, белобрысый, уверенный в себе, подвижный и резкий, по виду — бывший, а может, и сейчас еще спортсмен. Второй — высокий, широкоплечий, темноволосый, с невыразительным, но умным и в некоторые моменты каким-то хищным лицом — напоминал охотника в засаде, готового в любую секунду применить оружие. Будучи хорошим психологом, Боханов сразу отметил эту особенность в облике незнакомца.
— Знакомьтесь, — сказал Рыков, закрывая дверь в гостиную. — Боханов Владимир Эдуардович. А это — главный консультант управляющего администрацией президента Прохор Петрович Бородкин. — Кряжистый тяжелолицый гость кивнул, мельком глянул на Боханова, продолжая изучать картину на стене. — Шевченко Валерий Егорович, вице-президент «Барса»[75].
Белобрысый подошел скользящим шагом и протянул Боханову руку.
— И, наконец, Дмитрий Олегович Громов, полковник, главный военный эксперт Комитета по новым военным технологиям при Министерстве обороны."
"Высокий гость сверкнул глазами, коротко поклонился и снова превратился в задумчиво-добродушного здоровяка. Вряд ли кто теперь увидел бы в нем охотника, ждущего добычу. Именно он и оказался зятем Музыки.
