Автор
В Запрет на Любовь, читатели окунутся в тайны и перипетии между двумя человеками, брошенными судьбой. Сюжет развивается по скрытому пути, где каждый шаг повседневной жизни скрывает сложные интриги и загадки, которые потихоньку раскрываются во время романтического романа. Каждая глава открывает новый уголок в этом мрачно-сладком трагическом сюжете, где любовь становится единственным светом среди бездны зависти и ревности....
И вот мы с ней шагаем по платформе железнодорожного вокзала Красоморска, ранее существовавшего для меня лишь на открытках. Такого далёкого, незнакомого и пугающего. Пугающего своей неизвестностью.
— Ты слишком тепло одета, милая, — Алиса Андреевна окидывает взглядом мой брючный костюм.
Я в нём действительно уже вспотеть успела.
— В Москве было холодно, когда я уезжала, — поясняю, чтобы хоть как-то поддержать разговор. — Дождь ещё шёл.
Вместо меня роняя слёзы на серый асфальт.
— Ой, там у вас ерунда, а не погода, — отмахивается бабушка.
Молчу.
Тепло? Утро, а жара и духота невыносимая. Я бы именно так это сейчас описала…
Проходим через здание маленького железнодорожного вокзала и выходим на улицу. Мужчина обходит автомобиль, припаркованный неподалёку, открывает нам двери, загружает мои вещи в багажник и садится за руль.
— Пётр Игоревич работает у нас много лет, — рассказывает бабушка. — Он всегда отвезёт тебя, куда потребуется.
— Вы же не собираетесь держать меня тут как в тюрьме? — уточняю я, нахмурившись.
— Ну что ты!
Отец в этом плане итак был излишне строг. Никогда не отпускал меня в Москве куда-то одну. Рядом всегда был водитель или охранник, а в более раннем возрасте Нино, моя гувернантка.
Не хотелось бы, чтобы и здесь мою свободу давили, ограничивая.
— Мы очень ждали тебя, Тата, — её мягкая, теплая ладонь ложится на мою, и я с трудом сдерживаю в себе порыв убрать руку.
Я же вообще не контактная в плане всех этих тактильных вещей. Особенно, касаемо женщин. Росла с отцом, а у нас с ним, несмотря на сильную связь, не было принято проявлять эмоции подобным образом. Разве что иногда… Как в тот проклятый день, когда нам позволили встретиться в СИЗО. Там я откровенно рыдала, прижавшись щекой к его широкой груди.
Папа…
Как же ты там, родной?
Чтобы отвлечься от разрывающих душу мыслей, поворачиваюсь к окну и рассматриваю те места, которые мы проезжаем.
"После Москвы сразу бросается в глаза, что Красоморск — очень маленький город. Движение в две полосы, узкие улочки, маленькие магазины и миниатюрные гостиницы. Палатки, обилие частных домов, тесная набережная, вдоль которой туда-сюда снуют приехавшие к морю люди.
Кстати, о нём. О море.
Пока это единственное, что мне здесь нравится. Ведь едва беспокойные синие воды открываются взору, под рёбрами начинает приятно щекотать.
