С виду мужик нормальный, хотя поначалу прессовал меня сильно, но сейчас иначе и нельзя.
— Нужно хотя бы немного поспать, — перевел я разговор на другое, не желая возражать Плужникову, — завтра будет тяжелый день, товарищ сержант.
С моим предложением все трое согласились незамедлительно — спать хотелось отчаянно, и, пользуясь тем, что посты вокруг лагеря расставлены, а нас в график караулов никто пока не включил, мы наскоро перекусили все той же тушенкой с ржаным хлебом и завалились спать, завернувшись в плащ-палатки.
Разбудил меня сигнал тревоги, поданный вычислителем. Немцы свой ход сделали, и сейчас их пехотинцы выгружались из грузовиков и строились в цепь в километре от леса. За их спинами порыкивали двигателями четыре бронетранспортера, но лезть вперед, помня о судьбе своих товарищей, они не торопились. Еще дальше скучали у своих машин экипажи трех чешских танков 38(t), придержанных здесь командованием шестнадцатой моторизованной дивизии вермахта для помощи тыловым частям в ликвидации крупной русской диверсионной группы, вырвавшейся вчера из грамотно расставленной на нее ловушки.
Окружить весь лесной массив у противника сил не хватило. Все-таки немцы сейчас вели интенсивное наступление, сдерживали контрудары южного и юго-западного фронтов и основную свою задачу видели в окончательном окружении шестой и двенадцатой армий. Поэтому выделить много войск для ликвидации пусть и активной и опасной, но все-таки не слишком крупной группы русских они не могли. Да и мало ли таких групп сейчас прячется по лесам — на всех войск не напасешься.
Но окружать весь лес и не требовалось. Немцы выставили наблюдателей и разослали несколько мотоциклетных дозоров, чтобы вовремя засечь нашу попытку покинуть лес, а сами начали прочесывание с его юго-восточной части, почти точно угадав, где находится лагерь Лиховцева.
— Подъем бойцы, — пихнул я Бориса и Шаркова, которого, как я, наконец, выяснил, звали Василием, — Минут через пятнадцать немцы полезут в лес.
Лейтенанта Верулидзе я нашел у блиндажа Лиховцева вместе с остальными бойцами отделения охраны штаба. Никто здесь уже не спал, и, судя по всему, о появлении противника в непосредственной близости от лагеря командование знало. Похоже, люди капитана Щеглова не зря ели свой хлеб, и обнаружили угрозу заблаговременно. Я поставил в своей голове жирный плюс напротив фамилии командира разведчиков.
— Нагулин, где твои люди? — махнул рукой заметивший меня Верулидзе. Противник на подходе, быстро всех сюда.