Там памятники, памятники, кресты, венки. До этого я ни разу не была на кладбище. Не приходилось. И сейчас у меня мороз по коже.
Я иду и не смотрю вперед и вдруг утыкаюсь в спину Тагира. Он остановился.
Взгляд сам падает на свежую могилу. Земля темнее, чем на остальных. И венки. Венки еще яркие такие. Даже плохо становится от их яркости.
Тагир отходит в сторону и буквы на деревянной табличке начинают скакать. Мне не хватает кислорода. Я открываю рот, пытаясь глотнуть воздуха. В глазах пелена. А потом сразу слезы. Но я не могу произнести ни звука. Эти слезы просто катятся по щекам.
И я чувствую, как ноги подкашиваются. Голова кружится. Я машу рукой, пытаясь найти опору. И потом темнота.
Прихожу в себя от ужасного запаха, который забивает нос. Верчу головой – что это?
Открываю глаза и вижу лицо Тагира перед собой. Его брови сведены и он внимательно смотрит на меня.
- Полина, слышишь меня? – его рука на подбородке чуть трясет мое лицо.
- Скажи что-нибудь, - говорит Тагир. – Или в больницу поедем? У тебя болит что-то?
- Где я? – оглядываюсь.
- В машине. Домой едем, - отпускает меня, пристегивает и заводит машину.
- Тагир, я хочу вернуться, - стону я, вцепляясь в ремень. – Выпусти меня.
- Тихо! – обрывает он меня и кладет свою тяжелую ладонь на мою руку. – Не трогай. Потом.
- Я сейчас хочу. Пусти, - плачу я, уже не сдерживая свои эмоции.
- Тихо, - просто произносит он глухим голосом и жмет на газ.
Подъехав к дому, Тагир открывает мою дверь и, ничего не говоря, берет меня на руки. Я пытаюсь вырваться, но он лишь крепче вцепляется в мое тело.
В доме сажает меня на диван.
- Пить хочешь? – спрашивает, стоя рядом.
- А выпить? – звучит тут же. И я думаю какие-то секунды, а потом киваю.
Может, это и правда поможет? Мне хочется забыть и ничего не понимать. Не видеть и не понимать.
Тагир приносит два стакана с коричневой жидкостью. Один протягивает мне. Я беру и сразу же отпиваю.
Горло жжет. Искры из глаз. Я начинаю кашлять и махать руками.
Такое ощущение, что я огонь проглотила.
- Кто ж так пьет? – спрашивает Тагир, забирая у меня стакан. – На, - протягивает бутылку с водой.
Я жадно пью, пытаясь заглушить пламя в горле.
- Рано повез тебя, - вздыхает Тагир и садится рядом. Сам выпивает все содержимое стакана. Морщится.
- Когда их похоронили? – спрашиваю я.
- На днях. Я точно не знаю. Мне просто доложили, что их тела разрешили забрать.
- Какая разница, Полин? Какая-то контора. Я дал денег и они сделали все, как надо.