Автор
Грезы о позади, где радугу заменяет серость прошлого — такова атмосфера в этом романе "Запретная. Не остановить". Сцены съемок и веселье среди девчонок переплетаются с таинственными воспоминаниями, создавая нереальный дуализм — будто время застывало, но всегда готовое к движению....
— И что ты сделаешь? — спрашивает Гордей.
— Я… буду очень кровожадной, — повторяю слово, подобранное им же самим.
— Не уверен, что хочу это проверять, — усмехается он.
— Вот и не проверяй.
Гордей ведет пальцами по шее, а потом обхватывает мое лицо.
Я перестаю слышать звуки, чувствую нежность его ладоней, любуюсь любимым лицом. Он тянет меня на себя, притискиваемся лбами. Легонько целует меня в губы.
— Вообще даже мыслей нет, Арин, я хочу только тебя, — говорит он. — Хочу тебя замуж. Не уверен, что пойдешь за меня, но хочу официально.
— Гордей, — ахаю я…
— Знаю, рано. Просто озвучиваю, до какой степени у меня к тебе все серьезно. На случай, если вдруг усомнишься. Мне важно, чтобы ты знала… Похер на всех. Хочу семью с тобой, чтобы не расставаться… Чтобы и дальше вместе…
— Гордей, я…
Замолкаю.
Мне нужно несколько секунд, чтобы восстановить дыхание и продолжить говорить. Пульс тарабанит, словно сумасшедший, кровь разносится по венам с нереальной скоростью.
— Должна восстановиться вначале, и подписать контракт, который нельзя упускать. Я… все это знаю, Бельчонок.
— Я согласна, — выпаливаю я, пока во мне еще сидит смелость, потому что понимаю вдруг, отчетливо осознаю, что тоже этого хочу.
— Согласна выйти за тебя, Гордей, потому что тоже хочу, и… как ты сам сказал, похер на все…
Глава 49 Нельзя
И снова, блядь, не про нас…
Гордей"
"Не ожидал, что так скоро согласится, хотя надеялся и очень этого хотел. Представлял столько раз…
И вот теперь… Когда происходит в реальности…
Воздуха катастрофически не хватает.
Стискиваю Арину в объятиях сильнее. Утыкаюсь лицом в ее волосы. Обнимаю, а сам медленно прихожу в себя, рывками вбирая гребаный кислород в переставшие функционировать легкие.
Восстанавливаюсь, и только потом рискую на нее посмотреть. И сразу же с губ рвется неконтролируемое.
— Ты согласна?
Переспрашиваю, будто дебил, потому что просто тупо снова хочу это услышать.
От нее, обращенное ко мне.
— Да, Гордей, я согласна. Хоть сегодня, — подтверждает Арина, и меня затапливает нежностью.
— Сегодня уже поздно, завтра… Завтра, как проснемся, пойдем, и подадим заявление.
Отвожу волосы с ее скул, смотрю на ее губы, а потом медленно сближаю наши лица.
Нежно целую своего Бельчонка. Транслирую, насколько сильно рад.
И сразу глубже, потому что хочу жестко и с проникновением. Хочу до боли. Чтобы насовсем, чтобы под кожу.
