Я не жалею, что произошло, но подобные мысли все равно просачиваются в мою голову.
—Что ты? Ты осталась с этим ублюдком?
—Не называй его так, — я сама себя не узнаю и на рефлекторном уровне пытаюсь защитить Алекса. Да что со мной такое?
—Теперь ты его защищаешь. У меня трещина в ребрах, а ты говоришь мне не называть его ублюдком? — Кирилл встает со скамейки, словно ошпаренный. При одном упоминании имени Алекса, Кирилл мгновенно звереет. И я его понимаю. — Это же тот парень, которого мы встретили в тот вечер у кабинета испанского? — Кирилл скорее не спрашивает, а констатирует. — Мел, что вы делали в той комнате после того, как я ушел? Почему ты не пошла за мной?
Кирилл смотрит так, словно ему совсем не нужен мой ответ, потому что его взгляду я понимаю, что он уже знает правду. Но в его зеленых глазах блеснула надежда на то, что его домыслы окажутся неверным, и что я была с Алексом по другой причине. Я больше не в силах смотреть на его жалостливое лицо опускаю глаза вниз.
—У вас с ним что-то было, да? — в его тихом голосе столько боли, что мои нервы не выдерживают и из глаз начинают течь слезы. Я начинаю всхлипывать и вновь смотрю на парня, вытираю ладонью воду со щек и мысленно прошу его понять меня.
—Я так и знал, — на одном выдохе произносит Кирилл и запрокидывает голову назад. Ему больно и от этого мне тоже становится больнее, от его слов я начинаю плакать еще сильнее, совсем себя не сдерживая. Всю эту неделю я не позволяла себе проявить слабость и, как только меня накрывало огромной волной тоски и горечи, я затыкала в себе этот порыв и старалась любыми способами отвлечь себя. Но сейчас, когда я чувствую, как только что разбилось его сердце, щит в моей душе трещит по швам, разрываясь на мелкие кусочки. Все невыплаканные слезы, невысказанные слова, непроявленные эмоции — все выходит наружу нескончаемым потоком рыданий.
—Я думаю, нам лучше взять перерыв в общении. Понять, что мы действительно хотим друг от друга. Не сержусь на тебя, Мел, я просто не могу на тебя сердиться. Но и общаться, как прежде — у нас не выйдет. Не плачь, пожалуйста, — Кирилл делает шаг ко мне и тянет руку к моему лицу, но резко ее отдергивает. — Мне нужно время, чтобы все обдумать.
На этом Кирилл на секунду колеблется, еще пару долгих секунд стоит рядом, а после скрывается за углом здания.
Остаток учебного дня проходит, словно в тумане. На лекции по истории я сидела и просто смотрела в одну точку, анализируя происходящие события.
