Автор
Надежда бросается от здания к нему, чувствуя, как ее рваные мускулы напрягаются в предвкушении неведомой опасности. Кровь пульсирует через ее жилы, создавая ощущение бесконечной боли и нестерпимой надежды на спасение. Она сжимает кулаки, зная, что каждое движение может стать последним, перед тем как она переступит порог этого страшного дома....
Я уже крышей еду от голода по тебе. Иногда сексом можно сказать больше, чем словами, — цепляю резинку ее трусиков и тяну вниз. Ожидаю сопротивления, но его не следует. Надя помогает мне стянуть со своих ног трусики и откинуть их назад.
Сглатываю. Я почти на коленях перед ней. Теперь она смотрит на меня свысока. Это мое падение, да. Но только она узнает о нем. Только ей позволено.
— Скажи «да», — опять агрессивно произношу я. И это тоже не злость. Это накопившееся возбуждение.
Ну разве ты не видишь этого, моя девочка?
Я просто не привык сдерживаться.
Она не отвечает. Но демонстративно снимает свой сарафан и отдаёт его мне, оставаясь абсолютно голой.
Это «да»!
Комкаю ее сарафан, подношу к лицу, вдыхаю запах. Откидываю тряпку. Любуюсь девочкой. Загорела, полоски белой кожи там, где был купальник. Есть в этом что-то эротичное, возбуждающее.
— Я поруковожу процессом? — вздергиваю бровь.
Кивает, закусывая губу. Еще настороженная и немного напряжена. Но я сейчас это исправлю. Попытаюсь.
— Откинься на спинку дивана, — выполняет. Сам развожу ее ноги, сгибаю их в коленях и ставлю на диван, полностью раскрываю.
Надя пытается свести колени.
- Нет, не нужно. Так очень красиво.
Прикрываю на секунду глаза, сглатывая животное возбуждение. Так пока нельзя. Рано ещё.
— Доверься мне. Это трудно, но попытайся, — голос окончательно садится.
Наклоняюсь, целую ее ноги, внутренние стороны бёдер, шумно вдыхаю женский запах. Веду губами по гладкому лобку. Целую нижние губы, всасывая их.
— Олег… — глотает воздух Надя. — Не надо, — пытается оттянуть меня.
— Почему? Не нравится, неприятно? — поднимаю голову и замечаю, как горят ее щеки и глаза.
— Тебе стыдно что-то ли? — усмехаюсь. Кивает.
— Это не стыдно, моя девочка. Тем более я тебе должен. Расслабься, моя вкусная девочка, — снова припадаю к ее промежности. Целуюсь с ней там взасос. Вылизываю всю ее языком.
Надя гасит стоны, пытаясь сдержаться, хотя ножки уже дрожат.
— Прекрати сдерживаться! Мы одни, кричи, если хочется.
Снова припадаю к ее лону, всасываю клитор, добавляю пальцы, проскальзывают в нее совсем чуть-чуть, поглаживая стенки влагалища.
Только для того, чтобы усилить ее удовольствие. Ощущаю ее вкус, запах и то, как течет мне на пальцы.
Да!
Вот так.
Вот так правильно.
Наконец получаю ее несдержанный стон. Ее пальцы впиваются в мои волосы, сжимают до боли. В моей голове вспышка возбуждения разливается по телу дрожью и бьет в пах.
