- Нам пора, - обратилась к Варе, избегая даже мимолетного взгляда в сторону ее братца.
- На улице страшный мороз, - вновь напомнил о себе Паслер, – и гололед. Возьми мою машину.
- Серьезно? Разрешаешь?
- Настаиваю!
- Почему?
- В бардачке электрошокер. В багажнике бита. Так, на всякий случай.
- Ты неисправим!
- Будь осторожна, - произнес тоном наставника, - у тебя час! Не управишься – дело перейдет под мой личный контроль. Мы поняли друг друга?
- Да…
- И Варя, переодень уже свою подругу! – Рявкнул вдруг, заставляя вздрогнуть обеих.
- Я прошу тебя! Умоляю! Ради всего святого, ПЕРЕОДЕНЬ!
- Но…
- И сама переоденься! Все! Разговор окончен!
Конечно, они свято заверили мужчину, что облачатся в скромнейшие свитера и джинсы. Только вот, на подобную ерунду совершенно не оставалось времени.
На свой страх и риск, ослушались.
Да и какой идиот будет рыться в гардеробе, когда…возможно, в эту самую минуту, тебя предает любимый человек?
Почему «возможно»?
Все просто: Варя наотрез отказывалась верить увиденному собственными глазами, списывая все на жестокую шутку.
Глупый розыгрыш. Не более.
- Кто-то же все это снимал! – Рассуждала она вслух, выжимая педаль газа. – Значит, они были не одни в комнате. Макс не мог так со мной поступить!
Ее можно было понять.
Отрицание истины – один из механизмов защиты сознания, от тотального помешательства. От безумия. От боли, в конце концов
Этакий…самообман. Дымовая завеса. Иллюзия.
Катя не решалась убеждать подругу в обратном. Как бы скептически не была настроена на этот счет, не хотела причинять лишние страдания.
Не хотела ранить…еще сильнее.
Ведь, как известно, любовь слепа!
И лучше один раз увидеть, чем сотни раз услышать.
Особняк Романовых ничем не уступал «резиденции» Паслеров. Да, семья Кости (лучшего друга Макса) являлась очень влиятельной и состоятельной. Это и позволяло единственному ребенку пользоваться всеми фамильными привилегиями в полной мере. А именно: прожигать жизнь на всю катушку!
Дорогие тачки. Девочки-модели.
И бесконечные вечеринки.
Внутрь дома девушки влетели, подобно двум взбесившимся фуриям, едва ли не с пинка открывая двери. Их встретил оглушающий рев музыки.
А так же веселый смех и гомон пьяной толпы.
Пришлось притормозить и оглядеться по сторонам, что само по себе являлось задачей со звездочкой, ибо во всем помещении царил полумрак. Освещение специально приглушили до минимально возможного, чтобы создать определенную интимную атмосферу. Первой очнулась Варвара.
