Насколько я поняла, Мэлис и Рэнсом отправились к Вику, в его комнату. Я могла бы попытаться выскользнуть через дверь спальни и сбежать, но, как и прошлой ночью, я решаю, что это плохая идея.
По крайней мере, здесь я в безопасности. А где-то там шныряет некий незнакомец, который, вероятно, с радостью пытал бы меня, чтобы получить нужную ему информацию. Лучше быть с дьяволами, которых я знаю, поскольку они лично заинтересованы в том, чтобы я была в безопасности и находилась подальше от тех, кто задавал вопросы Карлу.
Но я все равно в ловушке.
И пока я здесь, уверена, мне не разрешат ходить в колледж.
Желудок делает сальто при мысли о том, что я могу отстать по программе, особенно сейчас, когда я только начала набирать обороты, и у меня по-настоящему появился шанс нормально учиться, уделять этому много времени. Я так сильно надеялась на колледж, возлагала все свои надежды на будущее, которое пытаюсь построить с его помощью.
Мои мысли будто бы тотчас транслируются через вселенную или вроде того, поскольку на телефон приходит смс, и когда я смотрю на экран, понимаю, что оно от Эйприл.
Я со стоном закрываю глаза и бросаю телефон обратно на кровать, не отвечая на сообщение.
Она продолжает легко и свободно ходить в колледж, беспокоясь о заданиях, своей прическе и о том, подходит ли ее наряд к ногтям. И вот она я, в ловушке опасной паутины лжи, мести и смерти.
Я делаю глубокий вдох, а затем выдыхаю, обхватывая себя руками и пытаясь успокоиться.
– Ты в порядке, – шепчу я себе. – Все будет хорошо.
Пытаясь отвлечься, я останавливаюсь и оглядываю комнату, в которой нахожусь, оценивая ее более тщательно, чем прошлой ночью. Она очень похожа на самого Рэнсома – непринужденная и комфортная. Здесь нет ничего особенного: только кровать, комод, прикроватная тумбочка и письменный стол, придвинутые к одной стене, однако создается четкое ощущение, что это место принадлежит Рэнсому.
Знаю, мне, наверное, не следует совать нос не в свое дело, но я ничего не могу с собой поделать. Эти парни так много знают обо мне, поэтому мне тоже хочется узнать о них побольше, и я начинаю потихоньку осматривать комнату.
У одной из стен стоит большой письменный стол, на деревянной поверхности разбросаны схемы различных транспортных средств. Сверху – рисунок мотоцикла с небольшими пометками, сделанными аккуратным почерком. Открыв ящик стола, я нахожу несколько фотографий. На них нет людей, и они варьируются от изображения извилистой дороги до вида с горы, где деревья и небо простираются почти бесконечно.
Я вспоминаю, как Рэнсом рассказывал мне о своих поездках, и когда я рассматриваю их более внимательно, брови сходятся на переносице.
Положив фотографии обратно, я закрываю ящик.