Я привыкла быть невидимкой для людей, но сейчас все смотрят на меня.
Несколько девушек открыто пялятся на него, а другие бросают завистливые взгляды на меня, идущую рядом с ним. Конечно, никто из них понятия не имеет, как обстоят дела на самом деле, иначе, возможно, они бы так не завидовали.
– Сколько еще это будет продолжаться? – спрашиваю я через мгновение. Я не говорю ему о словах Мэлиса о том, что я больше никого из них не увижу. Вот же, один из них снова здесь. Даже после того, как он это сказал, я была уверена, что они все равно продолжат следить за мной. – Как долго вы еще собираетесь преследовать меня? Разве я не доказала, что никому не собираюсь рассказывать о том, что видела?
Рэнсом пожимает плечами.
– Сейчас все будто бы в порядке, но в нашей работе считать, что покой и затишье – это одно и то же, просто охренеть как глупо. Отличный способ себя прикончить.
Я вздрагиваю от того, как небрежно он говорит о смерти. Словно это постоянная и привычная часть его жизни. Учитывая, как они расправились с русским, не моргнув глазом, возможно, так оно и есть.
Я встряхиваюсь и возвращаюсь к насущному вопросу.
– А будет ли вообще покой? Как много времени должно пройти, чтобы вы почувствовали уверенность, что никто больше не ищет ответов?
Желудок слегка скручивается, и я пытаюсь подавить подступающую тошноту.
– Итак, – говорит Рэнсом, резко меняя тему. – Как там твои занятия?
– Ты реально хочешь знать?
– Ничего. Просто удивлена, что тебя это так или иначе волнует.
Он снова пожимает плечами.
– Ну, ты придала такое большое значение оплате за обучение в колледже, вот я и подумал, что это для тебя важно. Ты из тех людей, которые просто обожают учебу или что-то типа того?
Я прикусываю губу, пытаясь придумать, что на это ответить.
– Не сказала бы, – говорю я ему. – Просто это мой шанс изменить свою жизнь к лучшему.
Мгновение спустя я понимаю, что на самом деле не хотела сказать так много. Я могла бы просто ляпнуть что-то вроде: да, я люблю учиться. Но каким-то образом правда просто выплеснулась из меня.
Рэнсом задумчиво кивает.
– Понимаю. Думаю, этого все хотят, так или иначе. Этого хочу и я для своей семьи. Для братьев. – Он криво усмехается. – Хотя, наверное, мы подходим к этому несколько иначе, чем ты. Но я просто хочу, чтобы нам всем жилось лучше, чем было раньше.
Я сглатываю, немного встревоженная тем, как хорошо он, кажется, понимает меня.
