В душном здании музея за ЖД пути мир тих и непробиваем. Ночное эхо слов "уубить" разрывается осколками чужого сна: мечты о зеленой траве, несущие ужасные визги и шорохи. Друзья пытаются наладить связь, но ответа нет. Атмосфера напоминает могилу, где время замерло, лишь снующие духи снов превращаются в звуки реальности....
Старик удовлетворенно кивнул, высунул кончик языка и, замахнувшись иглой, стал целиться мне в район правого глаза."
"Психануть я не успел, хотя руки, ноги и голову можно было и не держать, я их так и не чувствовал. За спиной у старика появилось знакомое лицо — Дедушка Лу.
Хипстерские очки, аккуратно подстриженная седая борода, воротничок рубашки — он настолько неестественно смотрелся в этой земляной яме, что опять засомневался, не очередной ли это кошмар.
— Андрей, мы так рады, что ты, наконец, очнулся, — с теплой улыбкой произнес Дедушка Лу и отодвинул от меня руку старика с иглой, — Потерпи немного и не волнуйся, мы пытаемся защитить тебя от заразы, которая проникла в твое тело.
— Инннаа, иннннааа… — только и смог простонать я.
— Я не Инна и я знаю эту шутку, — Лу засмеялся. — Я понимаю, что у тебя нет повода мне верить, но если бы мы хотели тебе причинить вред, то зачем уже неделю с тобой возимся?
— Неде…?
— Восьмой день, если быть точнее, — Дедушка Лу посмотрел на часы. — Наши самые сильные колдуны пытаются остановить то зло, что сидит в тебе.
И я потерпел. Точнее опять отключился. Игла показалась раскаленной, и если сначала чувство было, будто челюсть от заморозки после зубного оттаивает, то потом так полыхнуло щеку, будто меня сваркой насквозь прожгли.
***
Через сколько я проснулся понять не смог. Все тот же низкий земляной потолок, чадит факел, в глубине еще несколько. Катакомбы, пещера или яма — не смог подобрать правильное название, но ясно только то, что я под землей.
Я лежу на жестком длинном камне с плетеной подстилкой. По бокам выбивается какой-то красочный орнамент с бахромой. Смог повернуть голову и разглядел в углу каменную тумбу, заставленную всяким мусором. Чашечки, свечи, на всем этом гора каких-то ракушек или орехов — мелкие, грязные камушки. Метрах в пяти от меня кто-то сладко сопел, вроде бы девушка, может даже та самая, что привела Дедушку Лу.
Я прислушался к своему телу. Не умею медитировать и энергию «ци» по телу пускать, или что там колдуны делают, но мысленно запустил сканер.
Целый. Все болит, как после хорошего спарринга, но все на месте. Даже пошевелить получилось и поднять голову.
Это капец.
Ну хоть не голый, босиком только.
А вот там, где голый — укушенная рука, от кулака до обтрепанного рукава футболки сплошь была покрыта белым орнаментом татуировки. Узоры прямо светились на покрасневшей коже.
