Война с агрессорами из иной Метавселенной завершена, но при исследовании экзотической черной дыры пропадает космолет «Геодар». Человечеству предстоит разобраться: это новый виток противостояния или провокация враждебной цивилизации ядран, видящей в развивающихся людях серьёзного конкурента?
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Заразум»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Война с агрессорами из иной Метавселенной завершена, но при исследовании экзотической черной дыры пропадает космолет «Геодар». Человечеству предстоит разобраться: это новый виток противостояния или провокация враждебной цивилизации ядран, видящей в развивающихся людях серьёзного конкурента?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Война с агрессорами из иной Метавселенной завершена, но при исследовании экзотической черной дыры пропадает космолет «Геодар». Человечеству предстоит разобраться: это новый виток противостояния или провокация враждебной цивилизации ядран, видящей в развивающихся людях серьёзного конкурента?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Да и Руслан, перешедший из контрразведки в «более спокойную» сферу деятельности – аналитиком УАСС, старался чаще бывать дома и занимался с малышами с превеликим удовольствием, не сбрасывая бремя забот о маленьких гражданах России на компьютеры, интернет и развитую бытовую технику.
– Готово! – поднял он руки вверх.
– Три минуты десять секунд, – захохотала Ярослава. – Рекорд! Скоро ты переплюнешь меня.
Они обнялись, глядя на малышей, пытавшихся дотянуться до резинки с игрушками.
Тот, кто был похож на Руслана (по мнению Вани Грымова), это был Павел (Пашенька, Пашунчик, Пупсик), выговорил:
– Ап-па…
– Согласен, – поцеловал его в носик Руслан. – Я папа.
– Ам-ам, – откликнулся второй – Терентий (Терёшка, Тёшка, Тюнчик).
Ярослава залилась смехом.
– А ты утверждаешь, они не понимают, где мама, а где отец.
– Ничего я не утверждаю, – возразил Руслан, целуя жену (обнял, так действуй), стоящую в пеньюаре, сквозь ткань которого соблазнительно просвечивало тело. Спохватился: – Тёшка просто напоминает, что пора завтракать. А мне пора на работу.
– Беги, одевайся, я сейчас.
Руслан чмокнул малышей и вышел из просторной детской, легко превращаемой в игровой полигон.
Завтрак, как всегда, был прост и вкусен: пшённая каша, яйцо всмятку, жареные тосты из ломтей пшеничного хлеба, кофе с молоком.
Ярослава прибежала, весёлая и оживлённая, когда он уже заканчивал с кашей.
Завтракали вдвоём, родители Руслана вставали рано и с утра занимались огородом.
Жили все четверо, не считая малышей, на хуторе Живописный Жуковского района Брянской губернии, принадлежащем родителям Руслана, куда он и переехал с женой из Зарайска после окончания войны со Знающими-Дорогу. Хутор стоял на берегу речки Ветьмы, где ещё триста лет назад поселились прадеды рода Горюновых. В те времена хутор, располагавшийся в семи километрах от райцентра Жуковка, представлял собой поселение, состоявшее всего из восьми хат. Затем постепенно жители хутора начали разъезжаться, в особенности молодёжь, остались одни старики, да и те потихоньку переселились в мир иной. В результате к середине двадцать первого века на хуторе осталось только семейство Горюновых, упорно державшееся за землю и привыкшее к жизни в окружении лесов. Тем более что и основатель семьи Прохор Горюнов, и его сыновья, и внуки всю жизнь исполняли обязанности лесников.
Конечно, к началу двадцать четвёртого века хутор преобразился, поместье (если его можно было так назвать) расширилось, пришла новая техника, появились соседи, вспомнившие о земле своих предков, добираться сюда стало совсем легко, и Горюновы не мечтали об иной жизни, связанные со всем миром пуповиной Рунета.
