В зале убийцы. Воздух тяжелый и неподвижный как камень, глаза невидящие — стены выложены темно-забытыми плитами, мебели нет ни признаков. Дикое напряжение заставляет дышать коротко, а голос рукастого киллера в ушах словно гул молнии: "Делайте как я говорю". Атмосфера пустыни и мрака, где каждый шепот может быть последним признаком жизни....
Я стукнулся затылком о кафельные плитки.
– Да ни хрена вы не сдвинули! Слушание и так было назначено на одиннадцать! Просто не хотели, чтобы я раньше времени гоношился!
Кеннеди нажал на отбой.
Он меня переиграл, уже второй раз подряд. Сначала с тем бланком, который гарантировал, что он получит ордер, теперь вот со временем слушания… Но, что хуже, ничуть не купился на мою историю. Я еще раз подумал, не предложить ли ему заглянуть в фургоны на подземной парковке, но тут же решил, что нет, слишком рискованно – с русской братвой их ничего не связывает, ко мне же все это рикошетом и отлетит.
"Телефон Кеннеди завибрировал. На экране высветилось: «Энди Колсон». Тот самый второй агент ФБР, с которым мы познакомились утром.
– Да, – бросил я в трубку, по мере сил стараясь подражать энергичной манере Кеннеди.
– У нас тут чэпэ – перестрелка, – сказал Колсон.
– Где? – спросил я, изображая озабоченность. И так знал, что обнаружение кучи трупов, оставленных Энтони и Ящером в ходе освобождения Эми, – чисто вопрос времени.
– В Маленькой Италии. АТО запрашивает нашу поддержку.
Я выронил телефон, едва поймал.
– Эй, вы где, босс? – забеспокоился Колсон.
– Тут я. Где конкретно в Маленькой Италии?
– Что-то голос у вас странный… Прием, наверное, хреновый. Короче, это в кабаке Джимми Феллини на Малберри. Семь трупов. Двадцать минут назад. Не думаете, что это может иметь отношение к утреннему налету на хазу Волчека? По-моему, явно есть связь.
Я придушенно вскрикнул, едва успев заткнуть рот кулаком, все тело застыло от шока.
– Аллё, слушаешь, Билл?
В голове застрял только один вопрос – словно горячая пуля, пробившая череп. Я обеими руками ухватил телефон, раскрыл было рот, чтобы заговорить, но слова не шли. Если я сейчас этот вопрос не задам, голову просто разнесет на куски – но если получу ответ, которого в ужасе жду, то мне все равно не жить.
– А там… А там…
– Прерываетесь, босс.
Уткнувшись лбом в холодную стену, я все-таки выпалил:
– А там среди погибших была маленькая девочка, блондинка?
– У меня тут «мыло» на телефоне от АТО, сейчас гляну.
Виктор заколотил в дверь туалета, и я спустил воду в унитазе. Судорожно сжатые пальцы так сильно впились в ладонь, что из пореза опять показалась кровь.
