В зале убийцы. Воздух тяжелый и неподвижный как камень, глаза невидящие — стены выложены темно-забытыми плитами, мебели нет ни признаков. Дикое напряжение заставляет дышать коротко, а голос рукастого киллера в ушах словно гул молнии: "Делайте как я говорю". Атмосфера пустыни и мрака, где каждый шепот может быть последним признаком жизни....
Если «Bratva» – это «братство», то тогда «brat»…
– Брат. Они братья, – произнес я вслух.
Русский с шутовской улыбочкой раскинул руки – типа, видишь, как все просто? Оценивающе глянув на него, я решил, что до Волчека наконец дошло истинное положение дел.
– Артурас уговорил тебя не бежать, а все-таки появиться на суде – чтобы можно было одним махом и покончить с тобой, и освободить братца. И ты хочешь, чтобы это сошло ему с рук?
– Нет. Но тебе я тоже ни хрена не верю.
– Придется поверить. Отпусти Эми, и я вытащу тебя из всей этой поганки.
– Пойдешь в полицию или ФБР? Ну уж нет.
– К ним нам нельзя. Кеннеди меня просто послал. Ни на одно слово Артураса тебе тоже полагаться нельзя. Зуб даю, что никакой самолет тебя не ждет. Ты в такой же жопе, как и я. Деваться тебе некуда – ни от заготовленной Артурасом подставы, ни от этого суда за мокруху. Мы на пару во все это вляпались, Волчек. Здесь уж не попляшешь. Но можно сделать так, что сам Артурас попляшет – под нашу собственную дудку. И сам загремит за все свои художества.
Волчек покусал большой палец, тяжело поднялся на ноги. Ситуация уже не вызывала у него каких сомнений. Этот этап он уже прошел. Соображал теперь, как из всего этого выпутаться. Поддернул брюки, уселся.
– Я не могу ее отпустить. Пока не буду полностью доверять тебе.
Я опустил автомат, еще раз перебрал в голове все возможные варианты.
– Нечего мне тебе сказать такого, чтоб ты вдруг проникся ко мне доверием. Я и сам тебе ни на грош не верю. Но сейчас у нас с тобой общий враг – и это все, что мы на данный момент имеем.
Волчек медленно покачал головой.
– Нет. Сперва сними с меня это убийство. Тогда я ее отпущу.
– Нет времени.
– Тогда и базара нет.
Плевать, что ствол сейчас у меня, плевать, что только я могу спасти Волчека от его же собственных «шестерок». Моя дочь по-прежнему у него, так что ему и карты в руки.
И он это прекрасно знал.
– У тебя есть хоть кто-нибудь в твоей лавке, на кого ты можешь полностью положиться?
– Да. Мой водитель, Юрий. Он мой племянник. Скорее умрет, чем предаст меня. Родная кровь. Артурас не дал ему прийти на суд, подсунул мне на той неделе другого водилу. Он привезет твою дочку ко мне в офис, это совсем рядом. И место надежное, и ехать недалеко. Там будет Юрий. Он – единственный, кому я могу сейчас доверять.
