В зале убийцы. Воздух тяжелый и неподвижный как камень, глаза невидящие — стены выложены темно-забытыми плитами, мебели нет ни признаков. Дикое напряжение заставляет дышать коротко, а голос рукастого киллера в ушах словно гул молнии: "Делайте как я говорю". Атмосфера пустыни и мрака, где каждый шепот может быть последним признаком жизни....
Любая вероятность того, что Волчека опять потянут в суд за убийство, умерла вместе со свидетелем Икс. Заманка для Волчека была отличная, а совесть вполне позволяла мне принести ему такую жертву – в обмен на жизнь моей дочери.
У себя за спиной я услышал горловой рев. Не надо было даже оборачиваться, чтобы понять – исходит он от Артураса.
Я крутанулся на месте аккурат вовремя, чтобы заметить бегущего к дверям Волчека. Промчавшись до середины прохода между скамьями, он замедлил бег и посмотрел на остальных русских, которые поспешно натягивали рабочие комбинезоны и расхватывали «МП-5» из чемодана.
Глава 67
– У них стволы! – выкрикнул я, ныряя под прикрытие стола защиты. Сразу же чуть высунулся – ровно настолько, чтобы хорошо видеть уже облаченных в комбинезоны Грегора с Виктором, очумело таращившихся на пустые автоматные магазины. Боеприпасы лежали теперь россыпью под толстым слоем бумаг в портфеле молодого адвоката, который тот бросил в переговорной. Перед тем как упаковать чемодан обратно, мы с Волчеком методично изъяли из магазинов все патроны до последнего.
"– Бросить оружие! Лицом вниз! – прогремел Кеннеди, который тоже заметил этот конфуз. К нему присоединился агент Колсон, который взял на прицел Грегора с Виктором. Испуганных криков на сей раз не последовало – вся публика давно уже слилась за двери.
Конвойный, который был приставлен к Бенни, двинулся к русским, далеко выставив руку с пистолетом.
Пока я пытался дозвониться до Джимми, сердце молотом ухало в груди.
– А ну, стоять! – послышался голос Левина.
Он стоял позади Кеннеди и Колсона, держа под прицелом сразу обоих. Кеннеди и его молодой подчиненный застыли на месте. Покачав головой, первый прикрыл глаза, уронил голову на грудь и выругался.
– Брось ствол, иначе им капец! – завопил Левин, перекрикивая сирену.
