Уж после этого близняшки моментом позабудут о моем талиаре! Есть, правда, опасность испытать на собственной шкуре их недоделанную воздушную катапульту… Но риск того стоит. Слишком уж идея хороша! Скрыв улыбку, я торопливо предложил, с явным беспокойством глядя по сторонам: — Только давайте не в коридоре. А то еще увидит кто ненароком.
— Идем к нам, — тут же решили близняшки, гостеприимно распахивая дверь в свою комнату.
Зашел я к ним, конечно. Немедленно. И дверь прикрыл за вошедшими следом за мной сестрами. Плотоядно облизнувшись, выжидающе уставился на малость смущенных близняшек.
— Значит, уговор? — уточнили они, желая подтвердить достигнутую договоренность.
— Клянусь своей бессмертной душой, что в обмен на ваш поцелуй расскажу все, что знаю о том, как сэр Родерик привязал ко мне демона-талиара! — приложив руку к сердцу, торжественно провозгласил я.
— Хорошо! Договорились! — торопливо выпалили сестры, торжествующе сверкнув глазками. Шагнув ко мне, быстро поцеловали в щеки с обеих сторон и, отстранившись, сразу же радостно потребовали: — А теперь тайна!
«Вот же хитрюги!» — восхитился я коварству этих умниц. Но виду не подал. Неторопливо начал:
— О моем демоническом талиаре… — И замолк.
— Ну же, дальше! — нетерпеливо воскликнули близняшки.
— А это все, — развел руками я и ухмыльнулся: — Каков поцелуй — такова и тайна!
— Но так нечестно! — Подобная трактовка договора вызвала у сестренок искреннее возмущение. Будто бы вовсе и не они сами первые сжульничать решили!
— Может, и нечестно, но зато справедливо! — изобразив негодование, высказался я. Сделав вид, что собираюсь уходить, пробурчал: — Не хотите, ну и не надо. Сами соображайте, как сэр Родерик все это провернул.
— Постой! — тут же схватили меня девушки за руки. — Ну хорошо, хорошо, мы поцелуем тебя по-настоящему, без обмана, — сердито молвили они и поочередно на крохотный миг коснулись своими алыми устами моих губ.
— И что это было? — недоуменно похлопал глазами я и с подозрением осведомился: — Вам вообще по сколько лет? Не по семь, случаем? А то очень похоже.
— Мы вовсе не дети! — с негодованием опровергли девушки мое предположение. Возмущенно сверкая глазами, они решительно подступились ко мне, чем я и воспользовался, — обнял их за талии и легонько прижал к себе. Лишь потом позволил сестрам одарить меня парой чувственных, но совершенно неумелых поцелуев.