Не оборачиваюсь, потому как знаю, ничего хорошего напряженное тело Беркута, которое я так остро ощущаю за своей спиной, не сулит.
– Вечер добрый, ребятки! – заплетающимся голосом произносит он. – Как сидится? – парень пододвигает свободный стул от соседнего столика и, разворачивая его спиной к нам, присаживается. Сканирует Илью и Диму напряженным взглядом и поворачивается ко мне. Несколько секунд разглядывает мое лицо и нагло усмехается.
– Кот из дома, мыши в пляс, – громко произносит он. Разумеется, никто не понимает смысла его фразы. Кроме меня.
– Кто ты такой, парень? И что тебе нужно от наших спутниц? – серьезно спрашивает Дима.
– От ваших спутниц? – в голосе слышится насмешка. Влад поворачивает голову ко мне и спрашивает. – Кто я, Мышонок?
– Дима, Илья, это мой брат Влад, – говорю я, потому как только этот факт в данный момент является правдой. – И он уже уходит.
– Брат? – брови Беркута ползут вверх. Ухмылка сползает с лица Влада. А чего он ожидал?
– Мой сводный брат, – поправлюсь я, выделяя тот факт, что он не является родным.
– Так что ты хотел, сводный брат? – довольно грубо спрашивает Дима.
Обстановка моментально накаляется. Слежу за реакцией Беркута и замечаю даже при приглушенном освещении, как его не слишком трезвый взгляд карих глаз темнеет. Дима в свою очередь совершенно спокоен. Он, по всей видимости, готов к абсолютно любой реакции внезапно ворвавшегося в нашу компанию собеседника.
– Ничего, – вальяжно развалившись на стуле, отвечает он, – всего лишь присмотреть за своей сестричкой. А то еще вляпается, куда не нужно.
– Думаю, Есения уже вполне взрослая, чтобы самостоятельно принимать решения и понимать, с кем стоит общаться, а с кем нет, – в голосе Димы слышится настороженность.
– Это не так, – щурится Беркут. – За ней нужен глаз да глаз, иначе почувствует свободу раньше времени. Тогда проблем сестричке не избежать.
– Уверен, что она как-нибудь сама справится с пониманием хорошего и плохого, – Дима мягко улыбается мне, но я напряжена до такой степени, что не могу даже кивнуть в ответ в знак благодарности.
– А тебя разве кто-то спрашивал? – Влад резко кладет руки на стол и неморгающим взглядом сканирует моего одноклассника.
– Думаю, тебе пора, – почти рычит Дима.
– Свои думки оставь при себе, – стальным голос отвечает Беркут. – Кто ты вообще такой, чтобы указывать мне, что делать?
Мы переглядываемся с Катей, и ни одна из нас не встревает в этот жесткий разговор.
