Офицер ВДВ погибает на спасательной операции и чудесным образом оказывается в СССР октября 1980 года — в день своего призыва в армию. Он получает шанс изменить прошлое и спасти младшего брата, но его ждёт афганская война и неизвестное будущее.
Раздел Chitat.online для книги «Застава, к бою! (СИ)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Офицер ВДВ погибает на спасательной операции и чудесным образом оказывается в СССР октября 1980 года — в день своего призыва в армию. Он получает шанс изменить прошлое и спасти младшего брата, но его ждёт афганская война и неизвестное будущее.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Офицер ВДВ погибает на спасательной операции и чудесным образом оказывается в СССР октября 1980 года — в день своего призыва в армию. Он получает шанс изменить прошлое и спасти младшего брата, но его ждёт афганская война и неизвестное будущее.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Видать, дергали ее на холодную. Вот двигатель и застучал.
— Застучал… — Рюмшин недовольно сплюнул. — Тоже мне… Так. Ладно. Сколько там до ближайшего кишлака?
— Километра четыре, — прикинул Шарипов, — пойдем пешими. Оттуда позвоним в отряд. Нас заберут.
— Всю ночь по этой грязюке пробирались! У меня все брюки мокрые насквозь! — Не унимался Рюмшин.
Особист показал Шарипову свои сапоги и брюки, покрытые коркой сырой грязи.
Дорога с Границы далась им тяжело. Ливень, ночь. Видимость отвратительная.
Не раз и не два они топли в этой грязи, и почти намертво застревали на дороге. Не раз и не два Рюмшин или Шарипов, поочередно с ним, становились за карму УАЗика вместе с афганцем Фазиром, чтобы попытаться вытолкать машину и отправиться дальше. И выталкивали. Выталкивали, пока многострадальный УАЗик просто не стукнул движком и не умер с концами.
— Не умеешь ты быть оптимистом, товарищ Рюмшин, — сказал Шарипов кисловато. — Дождь, вон, закончился. Хотя бы сверху не намочит.
— Мне уже, везде где надо все намочило! — Рюмшин бесстыдно указал себе на промежность.
Молчаливая Амина спрятала свой смущенный взгляд.
— Ну я ж просил тебя не выражаться, — насупился Шарипов. — Не все так плохо.
— Ай… — Рюмшин отмахнулся, — тоже мне, оптимист нашелся.
— В конце концов, всех своих целей мы добились, — сказал Шарипов, — девушку вытащили. Информатора тоже. Дойдем теперь спокойненько до кишлака. Там почта есть. Позвонить сможем.
— Вот у меня настрой совершенно небоевой, Хаким, — кисло пробурчал особист, — а, напротив, очень даже раздражительный. Грязь эта… Машине каюк, да еще и на гранате чуть было ночью не подорвался!
— Ну не подорвался же, — ухмыльнувшись, глянул на Рюмшина Шарипов. — Селихов тебя вытащил.
— Да еще и Селихов вытащил! Мальчишка какой-то! Я чуть в штаны не навалил от страха, а Селихов, как каменный был! Даже не вспотел!
Только на этот раз Рюмшин вдруг осекся, глянув на девушку, и кисло сказал:
— Пардоньте.
— Ну ладно, — Шарипов вздохнул. — Кончаем лясы точить. Нужно в путь.
Шли они молча.
Около получаса просто топали по сырой бровке у дороги, прислушиваясь к тому, как шелестит под ногами влажная трава.
Шарипов все это время думал. Думал он о Селихове.
«Может, не так и не прав был Сорокин? — Вертелось у него в голове, — может, действительно Селихов этот не так прост?»"
"Почти все мысли Хакима были направлены именно в эту сторону. В голове его постоянно всплывали одни и те же вопросы: а действительно ли заслуги Селихова были плодом исключительно его безрассудной храбрости и таланта к воинскому делу?
Ведь в настоящем деле Шарипов его ни разу не видел. За исключением, конечно, того случая, когда, еще осенью, сцепился он с Селиховым в лесу, что лежал вблизи Границы. Ну, когда пограничники приняли Шарипова за душмана.
