— Полагаю, да, — Илья, ничуть не смутившись, забрал у меня рекламку и покрутил ее в руках.
— То есть здесь, в этом санатории, где оздоравливаются беременные женщины, их мужьям без всякого стыда предлагают проституток? — мой голос задребезжал от возмущения.
— Наверное, это продиктовано тем, что во время беременности женщинам нельзя заниматься любовью, а мужчинам может потребоваться разрядка, — Илья говорил так спокойно, словно, в этих словах не было ничего крамольного.
— То есть, ты считаешь, что это нормально? — не веря своим ушам, уточнила я. — И проститутки — это не аморально?..
Взгляд Ильи стал недоумевающим:
— Но ведь это их работа…
Работа? Я чуть не задохнулась от изумления. И это я слышу от Ильи?.. А, главное, тон такой спокойный, уверенный, будто так и надо. А может..? Может, в здешнем мире это действительно в порядке вещей?.. И проституция является легальным занятием?..
Мне сразу представилась картина, где Илья занимается сексом с другой женщиной за деньги, отчего все внутри сжалось, перехватывая дыхание.
— А ты… — я судорожно вздохнула, борясь с подступающими слезами. — Ты тоже собираешься воспользоваться их услугами?..
— Дурочка, что ли? — усмехнулся Илья, притягивая меня в себе. — Ни одна женщина не заменит мне тебя… А суррогат мне не нужен. Как там говорил один поэт? «Уж лучше голодать, чем что попало есть»? Так вот мне ближе этот принцип. К тому же, — он поцеловал меня в висок, а после потерся носом о мою щеку, — мы всегда найдем способ сделать друг другу приятно…
На душе сразу стало легко, а сердце защемило от нежности к любимому. Я протянула руку, чтобы погладить его по щеке, покрытой легкой небритостью. Но едва коснулась кожи, вдруг осознала, что мои пальцы ничего не чувствуют: ни колючих волосков щетины, ни тепла тела. Их кончики словно онемели. Я медленно скользнула рукой вниз, к шее Ильи, затем провела ею по рифленой ткани его джемпера, все время прислушиваясь к своим ощущениям. Но ничего не менялось: я будто водила пальцами по воздуху.
— Что такое? — Илья заметил мое замешательство.
— У меня пальцы почему-то онемели, — я с испугом посмотрела на свою руку. — Вернее, их кончики…
Илья, вмиг став озабоченным, пробежался по комнате ищущим взглядом, потом остановился на моих волосах, собранных в ракушку, и без предупреждения выдернул из прически шпильку.
— Давай посмотрим, — он принялся колоть кончики пальцев вначале на одной руке, а затем на другой, острым кончиком заколки, постоянно спрашивая: — Здесь чувствуешь?..
Но я лишь растерянно качала головой.
— А здесь? — уколы переместились чуть выше.
— Здесь чувствую, — ответила я. — И ладонь чувствую… Говорю же, только кончики онемели…
— Странно, — Илья начал массировать мои пальцы.