— Да, — широко улыбнулась я, и чтобы отвлечь его от ненужных мыслей, схватила стакан с недопитым соком, предложив: — Хочешь?..
Оставшиеся дни, проведенные в санатории, я прожила в постоянном страхе и ожидании новых неприятных симптомов. Онемение рук стало повторяться с завидной регулярностью, а однажды, проснувшись утром, я поняла, что почти не чувствую пальцев на ступнях. Все порывалась рассказать об этом Илье, но в последний момент меня что-то останавливало, и я продолжала пребывать со своей нарастающей проблемой один на один. Можно было еще поделиться страхами с Полиной, но к ней приехал Саша, и теперь они везде находились вместе. С другой стороны, дружеских чувств к ней у меня так и не родилось, поэтому желание откровенничать быстро отпало.
Накануне отъезда мне неожиданно полегчало, а пугающие симптомы вроде как отступили. Это позволило провести последний день отдыха в свое удовольствие: поиграла в бильярд, поплавала в озере, решилась даже прокатиться на лошади, а вечером мы с Ильей пошли на дискотеку, где смогли отдаться хорошей музыке и натанцеваться всласть.
Вернувшись домой, тоже несколько дней чувствовала себя вполне сносно, поэтому Лене звонить не стала, решив, что проблема больше не вернется, к тому же на следующей недели меня ожидал плановый осмотр. Да и у Ильи еще в запасе оставалось три дня отгулов, которые мне хотелось провести вместе с ним.
С утра до вечера мы гуляли по городу, обедали-ужинали в небольших уютных кафе. А когда мне на пути попадался детский магазин, то не зайти в него я не могла и застревала там на несколько часов. С восторгом и умилением кружила между полок и вешалок с одеждой для малышей, перебирала чепчики и носочки, присматривалась к кроваткам и коляскам. Я даже начала забывать, что мое пребывание в этом мире временно, и перестала напоминать себе, что ребенка жду не я, а другая Катя и, возможно, не стоит так глубоко погружаться в не принадлежащие мне «мамочкины» эмоции и хлопоты. И если вдруг и вспоминала об этом, то отмахивалась от этих мыслей, как от назойливой мухи. К тому же с каждым днем глас разума все больше терялся за бушующими гормонами, которые и побуждали меня к самым сумасбродным поступкам.
Илья к моим чудаковатым порывам относился снисходительно, терпеливо ждал, пока я налюбуюсь детскими вещичками сполна. А однажды сам так увлекся рассматриванием игрушек, что теперь уже я тащила его из этого отдела к выходу.
— Если у нас родится мальчик, то куплю ему ту железную дорогу с радиоуправлением, — задумчиво изрек он тогда, покидая магазин.
— А если девочка? — со смехом спросила я.
— Ну а девочке игрушки будешь покупать ты… — тоже усмехнулся Илья, обнимая меня за талию.