— Искусственная кома? Вы с ума сошли? — в голосе Ильи появились угрожающие нотки. — Это твоя идея, Лена?..
— Я только предложила! — воскликнула та. — В конце концов, я обязана была это сделать как лечащий врач Кати. И Катя согласилась!
— Это правда, я сама хочу на это пойти, Лена меня даже отговаривала, — я попыталась успокоить Илью, но безуспешно.
Он подскочил с места и схватил меня за плечи:
— Ни за что, слышишь? Я не собираюсь тобой рисковать, ясно тебе?
— Какой риск, Илья? — я попыталась улыбнуться, но вместо этого у меня из глаз потекли слезы. — Я ведь все равно умру… А ребенок… Наш ребенок останется…
— Я не хочу слышать от тебя о смерти, — процедил он. — Никогда, ясно?..
— Илья, подожди, — Лена вышла из-за своего стола и стала рядом с нами. — Не горячись… Подумай… Ведь за время комы мы сможем заняться поисками альтернативных методов лечения синдрома… Обратиться, как ты говорил, в швейцарскую клинику… Проконсультироваться с медиками из других стран… У нас для этого будет восемь месяцев…
— Все так, только есть одно «но», — Илья отпустил меня и повернулся к сестре, — Катя может не проснуться… И вероятность этого пятьдесят на пятьдесят… И тогда все может оказаться бесполезным. И даже если случится чудо, и она выйдет из этой комы, то ее состояние будет намного хуже, чем сейчас… Ведь разрушительный процесс хоть и будет замедлен, но не остановится. А значит, шансы на выздоровления будут еще ниже, чем сегодня…
— А как же ребенок? — спросила я, глотая слезы. — Наш ребенок?..
— Я выбираю тебя, — был категоричный ответ.
— А мое мнение тебе неинтересно? — прошептала я.
— Катя, девочка моя, — Илья заключил меня в объятия. — Сейчас в тебе говорят эмоции, страх, отчаяние, усиленные к тому же материнским инстинктом… Я все это понимаю, и мне тоже безумно жаль нашего ребенка… Но ты же сама знаешь, что даже у медиков во время беременности или родов в приоритете жизнь матери, а не ребенка… Что уже говорить обо мне?.. А когда мы вылечим тебя, то ты снова забеременеешь, и будет у нас еще ребенок, обещаю… Ты веришь мне?
И я кивнула. Не потому что согласилась, а потому что поняла, что Илье доказывать что-то бесполезно. И обвинять его в этом глупо: мужчина в критической ситуации всегда выберет женщину, а не еще не родившегося ребенка, который для него и существует-то лишь теоретически. Только вот в данной ситуации выбор все равно останется за мной, даже если придется пойти на обман…
— Вот и умница, — Илья поцеловал меня в макушку и обратился уже к Лене: — Запиши Катю на аборт, и как можно быстрее. Я хочу, чтобы мы на этой недели уже начали терапию.
Лена украдкой бросила на меня вопросительный взгляд, я же так же одними глазами попыталась донести до нее свой настоящий ответ.