И когда посчитало меня в досягаемости своих щупалец, бросилось в атаку.
Не всем корпусом, потому что взбешено не было. Всего четыре или пять отростков, раскрываясь, словно переливающийся цветок, ринулось ко мне неожиданно быстро, да еще и как-то сверху. И я, роняя мешок с оставшимся порошком себе под ноги, запоздало признался, что хвастался преждевременно. Убежать от такой падающей на меня с ускорением огромной массы я бы не успел при всем желании. Ну и в минуту наивысшей опасности не стал скаредничать: отправил средний боевой эрги’с прямо в центр стремительно нависающего надо мной цветка.
Грохот взрыва не смогли пригасить даже тонны маслянистой жидкости, прыснувшей во все стороны. Первые отростки разметало практически в пыль, но за ними уже набирали атакующую скорость иные щупальца. Это я уже заметил краем глаза, стартуя с места с такой скоростью, что мои великолепные, армейские ботинки чуть не сгорели от трения о гранитные плиты улицы.
Пронесся через площадь и ринулся по нужной улице в сторону дома, где находилась в засаде моя команда. И еще только приближаясь к приметному арочному подъезду, хорошо рассмотрел, что вниз уже сыплется вываленный из мешков порошок.
«Неужели погоня настолько близка?! – оглянулся, вроде не сокращается дистанция, все те же десять метров. – Но все равно молодцы! Мне эта гадость сыпучая не повредит, а вот прозрачному чудищу достанется вся полнота ощущений!»
Успел порадоваться и тому факту, что преследующие меня отростки менялись в цвете, серели, пузырились и пенились довольно заметно. Даже какой-то парок над ними вился, словно кипятка плеснули.
Мимо дома я промчался, не снижая скорости, еще метров сто и лишь затем оглянулся. По инерции проскакал боком еще метров пятнадцать, пока вообще не встал в недоумении. Гнавшееся за мной чудище умирало, бурно осыпаясь тем самым порошком. То есть от большей порции наших гостинцев цепная реакция ускорилась многократно и стала совершенно необратимой. Пары минут не прошло, а от моего преследователя не осталось даже кусочка шевелящейся плоти. Так что пришлось возвращаться, внимательно оглядываясь по сторонам. Мало ли что, вдруг части монстра успели отделиться и упрятаться в подвалы зданий?
Но мне навстречу уже выходил улыбающийся Найденов, картинно восклицая:
– Финита ля комедия! Дешевый фарс окончен, сцена снята с первого же дубля! Кстати, не пялься так по сторонам, весь монстр осыпался, весь до донышка. И вот спрашивается: чего так долго мы на него настраивались? О тросе рассуждали, пути отступления по крышам намечали? Достаточно одной таблетки, и вот великолепный результат!
– Пока в бассейн не загляну, радоваться рано, – проворчал я и с сожалением заметил: – И шести процентов моей боевой энергии как не бывало.