Вдруг за стенами города он начнет интенсивней вбирать в себя годную для целительства энергию?
В нашем схроне первым делом заставил старшую из Свонхов греть воду для обмывания. Леню и Багдрана оставил присматривать за пострадавшими, не давая им двигаться, и успокаивать несчастных, если очнутся.
Сам же бегом ринулся на место недавних кровавых событий. Хотелось все-таки глянуть на откушенные конечности. Если они совсем в плохом состоянии, то хотя бы похоронить их по-человечески. При мысли о том, что их пожирают муравьи и сколопендры, мне становилось дурно.
Также следовало забрать все самое ценное, вынесенное из города (маски нам ой как нужны, не говоря о слойпятке!), да прихватить ту пищу, которую мы успели насобирать в лесу. Догадывался, что нам сейчас следовало ох как плотно поужинать после таких коллизий. Насчет мяса драконов и его возможного употребления в пищу надеялся решить на месте. Но сознание как-то сразу отторгало подобный вариант насыщения. Не хотелось вкушать тех, кто покалечил близких мне людей.
Пока бежал, отвлекал себя рассуждениями как раз на эту тему: «Ну да, в самом деле близких! Какая бы Цилхи ни была вредная и язвительная, все равно я с ней спал, миловался и получал немалое удовольствие. А что у нее характер тяжелый… так это у нее из-за жизни тяжкой. Жила последние годы как заложница у маркиза, почитай все равно что в плену или под домашним арестом. Натерпелась малышка… Ну и Руд – все-таки ее брат родной… Значит, и к нему я должен относиться как к близкому человеку… Несмотря на все его выходки и фокусы».
Как оказалось, прибежал я весьма своевременно. В подступающих сумерках у меня над головой мелькнула тень филина-имитатора. Правда, он тихо летел, без визга. Ясно, что разведчик. Полет нервный, из стороны в сторону, частые горки и взлеты. Над местом событий – резкий разворот и поспешный отлет в глубину леса. Затем разведчик, видимо, все-таки прокрутил в памяти картинку поля брани и заставил себя вернуться для повторного осмотра. Смелый и отчаянный птиц!.. Или птица?
Теперь он сделал полный круг, а потом и на весьма удобную ветку уселся. Посмотрел, как я собираю наши вещи и мешки с едой, да и полетел обратно, в сторону моря. Только после этого я поспешил к начисто отбитой голове и с помощью меча отворил гигантскую пасть.
Лучше бы я туда не заглядывал! Лес зубов внутренней пасти, наклоненный внутрь туловища, пронзил оба обрубка насквозь. Они уже успели стать серыми и посинеть местами. Прирастить подобный кусок плоти к основному телу не смогли бы и лучшие хирурги технически развитого мира. Да и легендарные экселенсы могли не справиться с такой задачей. В самом деле, им гораздо легче отрастить новую конечность.
Вынимая обрубки, старался сознанием напрочь отмежеваться от происходящего.