И я обычно в центре событий, — усмехнувшись, добавил он.
— Да пойми ты, не трахал я ее. И не произноси это слово.
— О ней так не надо. — Я откинулся назад, почесал переносицу и вздохнул. — Просто… давай не будем так про нее, ладно?
— Хорошо. Так вы слились в экстазе? — дразнил меня Гибси. — На стоянке? В туалете? Или где-нибудь в укромном местечке в дальнем углу гостиной?
— Гибс, ты мудила, — прорычал я. — Полный и законченный мудак.
— О боже! — Гибси съежился и хлопнул себя по губам. — Нет, — простонал он. — У тебя не встал, да?
— Гибс, мой член работает! — не выдержал я. — И он встал, придурок. Просто мне больно, когда…
— Когда что? — спросил Гибси, широко раскрыв глаза.
— Я не могу кончить, — скороговоркой признался я.
— Ты не можешь кончить. — Он чуть не поперхнулся. — В смысле, совсем?
— В смысле, смог бы, если бы попытался. — Я удрученно вздохнул. — Но когда я пытался в прошлый раз, было так больно, что я заблевал комнату и чуть не вырубился.
— Черт… И когда это было?
— В канун святого Стефана.
— Исусе! — воскликнул Гибси. — Джонни, это ж месяцы прошли. Тебе срочно нужно кончить.
— Думаешь, я не в курсе? — огрызнулся я. — Думаешь, мне это все нравится?
— Это противоестественно.
— Да, и мой член тоже так считает.
— Неудивительно, что ты хромаешь, — пробормотал мой лучший друг. — У тебя в яйцах столько спермы, что они до земли отвисают.
— Фа-а-ак, слушай, а может, они там зашили неправильно? — прошипел он и снова выпучил глаза. — Может, пока там разбирались с мошонкой, перерезали семенной канатик?
— Семенной канатик? — переспросил я. — Ты на какой наркоте сидишь?
— Я много читал о таких операциях, — с испуганным видом заявил Гибси. — Очень многое может пойти не так.
— Нет. — Я тряхнул головой, прогоняя ужас. — Они не могли.
— Увы, старик. Еще как могли. Они же резали совсем близко от твоих…
— Да заткнешься ты наконец? — заорал я, содрогаясь. — Слушать страшно.
— Прости. — Гибси подавил гримасу, махнул рукой и сказал: — Доскажи, что там дальше было с Шаннон.
— Я ее пальцем не тронул, — признался я, ерзая на сиденье стула. — Но мне хотелось. — Я обхватил ладонями голову и застонал. — Я знал, что из «Служанок» должен отвезти ее домой, но не смог, просто не мог. Ну и вместо этого мы поехали смотреть дурацкое кино. Я хотел просто побыть с ней подольше, понимаешь? Как будто мне не хватило и надо было больше…
— Больше? — удивился он. — Чего больше, Джонни?
— Больше ее, — угрюмо ответил я. — Всего больше, когда дело касается ее. — Я качнул головой и тяжело вздохнул. — Я так ее хочу, что думать связно не в состоянии.
— Яйца, — задумчиво протянул Гибси.
— И я отделал одного там козла в баре, из ее прежней школы, — признался я.
— Вот ты придурок, — отозвался Гибси.