За окном блики жаркого солнца, мой мобильник безостановочно сверкал, но я продолжал грабить заучку. Почему-то не задаваясь вопросом "зачем". Продолжал учащенно кивать из-за недавней встречи в коридоре с зубрилкой, которая меня ударила, лишь подставив себе лицо мне под молдавский бокс. Мой завтрак, вкусный и полезный пирожек, тоже попал к ней, как и мой язык. Все из-за пренебрежения одной зубрилкой, которая меня задела....
Мышцы на его животе сократились, когда я выводила на них узоры пальцами, а Артур напрягся всем телом, но лежал не шевелясь.
И я осмелела. Зажмурилась, уперлась ладонями в его грудь, наклонилась и провела языком по шее.
Артур тихо застонал, прижимая мою голову к себе. Обхватил за шею, безмолвно направляя, пока я наслаждалась вкусом его кожи. Грубой, чуть солоноватой.
Я спустилась ниже, к его груди, покрытой редкой порослью волос. Вспомнила, что делал он, обвела сосок языком и поцеловала.
— Да что ж ты делаешь со мной? — рявкнул Артур.
Намотал мои волосы на кулак и притянул к своему лицу:
— Нельзя же так, Малинка, — прошипел он, — нельзя. У меня от одного твоего прикосновения крышу на части рвет.
И резко перевернул меня на спину, впиваясь в губы новым голодным поцелуем. Кажется, мы оба сошли с ума, потому что когда он рывками сдирал с меня остатки одежды, я не сопротивлялась.
Я забыла о стыде, о том, что я совершенно обнаженная и уязвимая лежала перед ним, пока Артур нетерпеливо раздевался сам.
Он снова опустился на кровать, широко раздвинул мне ноги и заполнил до упора. Стон вырвался сам, непроизвольно, когда он задвигался во мне. И каждый толчок отдавался приступом острого удовольствия.
А мне снова захотелось его касаться. Я провела ладонями по его напряженной спине, чувствуя, как перекатываются мышцы. И сама выгибалась ему навстречу, уже зная, что совсем скоро меня накроет волной эйфории.
Комок удовольствия собирался где-то внизу живота, усиливаясь с каждым толчком. Артур двигался жестко, с каждой минутой ускоряя темп.
Он сжал в ладони мою грудь, пощипывая сосок, прихватил мою нижнюю губу зубами и провел по ней языком. Он резко вышел и с силой вошел обратно, а меня выгнуло в судорогах. Ноги затряслись, а из горла вырвался громкий крик.
Артур прижал мою голову к своему плечу, не переставая двигаться. Сам дернулся несколько раз и обмяк, стараясь отдышаться.
— Охренеть, — выдавил он спустя минуту.
Поднялся, стоя ко мне спиной, и развернулся через плечо, лаская взглядом мое тело.
— Малинка, признайся: может, ты правда ведьма, а? Че меня так тобой накрывает? — со смешком поинтересовался Арт.
Я зажмурилась и натянула на себя простыню, снова заматываясь до самого подбородка.
