За окном блики жаркого солнца, мой мобильник безостановочно сверкал, но я продолжал грабить заучку. Почему-то не задаваясь вопросом "зачем". Продолжал учащенно кивать из-за недавней встречи в коридоре с зубрилкой, которая меня ударила, лишь подставив себе лицо мне под молдавский бокс. Мой завтрак, вкусный и полезный пирожек, тоже попал к ней, как и мой язык. Все из-за пренебрежения одной зубрилкой, которая меня задела....
— А с тобой что? — заботливо уточнил Опасян у меня.
— Все в порядке, — натянуто улыбнулась я. — В библиотеку еще надо забежать.
— Успеем, — оптимистично заверил Карен, когда мы вышли на улицу.
Студенты по домам не торопились: все скамейки у главного корпуса были оккупированы.
— Девчонки, знаете, как вывести филолога из себя? — засмеялся Карен, мотнув головой в сторону ближайшей скамейки, на которой сидели три незнакомые мне девушки.
— Как? — заинтересовалась я.
— Ихний, ейный, л о жить, траннннвай, кекчуп, каклетка, ж а люзи, евойный, — во все горло выкрикнул Опасян, косясь на незнакомок.
— Опасян! — в три голоса завопили те.
— Бежим, — хватая нас за руки, выпалил Карен и, громко гогоча, потянул нас за собой.
За воротами остановился, оглянулся, убедился, что погони нет, и выдохнул.
— Даже меня взбесил, — призналась я, косясь на Опасяна.
— Прости, подруга, — весело сверкая глазами, повинился Карен. — Поехали, Алик ждет.
Мы дружно пошли в сторону автобусной остановки.
— Там, в серединке, видели, сидела? — жаловался он, закатывая глаза.
— Филологи, — философски согласились мы.
— Ага. А потом вообще попросила козу ей подарить. А я в деревне никогда не жил, я тут родился!
— Ну, то, что она зануда, мы уже поняли, — задумчиво пробормотала я, — а коза ей зачем?
Мы переглянулись и дружно рассмеялись, сбрасывая напряжение, и как раз подошли к автобусной остановке.
Квесты, которые открыл брат Карена, находились в трех остановках от университета, что было невероятно удобно.
Находились они на отдельной территории за высоким железным забором. Мы прошли через неприметную дверь, оказавшись в кабинете хозяина. Обстановка была более чем аскетичная: стол с новеньким компьютером, шкаф, на полках которого стояли разноцветные папки с бумагами, и четыре стула, на одном из которых восседал главный директор.
Алик с Кареном были очень похожи внешне. Оба черноволосые, кареглазые, с характерным носом и пухлыми губами. Они даже улыбались одинаково очаровательно.
— Привет, девчонки. Ты Соня, а ты Марина, — безошибочно угадал Опасян-старший, — я Алик, и можно на «ты». Друзьям Карена всегда рады!
— И мы рады, — честно сообщили мы.
— Чаю? — заботливо уточнил Алик.
