За окном блики жаркого солнца, мой мобильник безостановочно сверкал, но я продолжал грабить заучку. Почему-то не задаваясь вопросом "зачем". Продолжал учащенно кивать из-за недавней встречи в коридоре с зубрилкой, которая меня ударила, лишь подставив себе лицо мне под молдавский бокс. Мой завтрак, вкусный и полезный пирожек, тоже попал к ней, как и мой язык. Все из-за пренебрежения одной зубрилкой, которая меня задела....
Мне надо было проветриться и напомнить самому себе, что я девочек не обижаю. Или уже обижаю? А если девочка всему универу растрепала, что я Карена «того», она может считаться девочкой или уже можно обижать?
И заучка молодец, подтвердила еще. Сама-то поняла, когда подтверждала, что там они имеют в виду? Это что получается — Малинка видела, как я с Опасяном беседовал? И, конечно, снова подумала про меня плохо. Она вообще про меня думать хорошо когда-нибудь начнет или мое дело труба?
Вышел на улицу, вдохнул побольше воздуха и пытался уговорить себя успокоиться.
— Арт, Каренчику привет, — мерзко выкрикнул Марк с безопасного расстояния.
Придурок занимался с нами в одной секции, но бил грушу до сих пор как девчонка.
— Иди ко мне, милый, я тебе сейчас ориентацию менять буду, — подскакивая с места, пообещал я.
Марк испуганно отшатнулся, пока я приближался. Вообще последних мозгов лишился так со мной разговаривать?
— Медведев узнает, что ты дрался в универе — сам тебе ориентацию сменит, — прогавкал придурочный, когда я был уже очень близко.
На расстоянии удара. Вот сейчас выкинуть кулак и выбить челюсть. Если в голове вата, нафига это нужно всем демонстрировать?
— Попробуй только сегодня на тренировку не прийти, — прорычал я, — мне без разницы, где тебе пол менять, тут или там. Уяснил?
— Да пошел ты! — выплюнул Марк.
— Еще одно слово, и с ринга тебя вперед ногами вынесут сегодня, — серьезно пообещал я. — Прямым ходом в травму со сломанными конечностями.
— Нет вопросов, — буркнул Марк.
— Жду, — серьезно пообещал я, разворачиваясь на пятках.
Ну Карина, ну молодец. Ну просто умница что за молодец! Надо было разобраться, что эта кикимора болотная сказала моей Малинке. И что вообще Малинка делала в том коридоре — я же смотрел ее расписание, пара у нее в другом крыле должна была быть.
И как теперь все это разруливать? Язык бы укоротить Карине ровно вполовину…
Я начинал понимать страдания Илюхи. Когда твою девчонку обижают, даже мысленно, даже теоретически, а ты ничего не можешь с этим сделать, потому что ты пацан.
— Ну что ты бесишься? — подошел ко мне Влад.
— А ты бы не бесился? — падая на лавку, прорычал я. — Иди на пару, мне проветриться надо.
— Выдохни, Арт."
"— Да как выдохнуть? Ты видел Малинку? Она ж крохотная, такие, как она, даже комара убить не могут.
