Автор
Ульяна стояла в школьном дворике, дрожа от жары под солнцем, а ее волосы блестели от пота. Просто невероятно: тридцать шесть градусов — такой жара явно не располагает к урокам. Но ученикам это плевое дело, они идут на уроки независимо от погоды.
Надеваю его, завязываю на пояснице бант. Ноги всовываю в аккуратные туфли. И только после этого бросаю на себя взгляд в зеркало. Боже. Даже не верится, что это я. что я могу быть такой!
— Моя ты красавица, — мама заходит в комнату после краткого стука. — Глаз не отвести. Подожди, а вещи… Где ты их взяла? Всё тот же мальчик? — я смущённо киваю. — Как его зовут?
— Артур, — я прикусываю нижнюю губу и чувствую, что щёки вновь начинают пылать.
— Ульяша, мне не нравится, что он столько всего покупает. Это слишком дорогие вещи.
— Я знаю, — киваю, нервно теребя подол платья. — Мамуль, я честно пыталась отказаться от всего, но… Но Артур был настойчив.
Мама некоторое время вглядывается в мои глаза, после чего вздыхает, подходит ко мне и пальцами проводит по щеке.
— Ты слишком добрая у меня. Поехали в школу, пока не опоздали. Такси уже ждёт.
— Я думала, что мы на автобусе, — я хмурюсь в недоумении.
— Сегодня можно и на такси, — мама улыбается. — Тебе на каблуке будет неудобно. Я возьму тебе сменную обувь.
— Хорошо. Спасибо.
*****
Уже на походе к школе слышно громкую музыку. Я прощаюсь с мамой и иду в класс, чтобы оставить вещи и получить ленту с колокольчиком. Когда вхожу в помещение, ко мне тут же поворачивают головы. Чуть не запинаюсь, непривыкшая к такому вниманию. Поднимаю взгляд на Машу, лицо, которое снова исказилось от ярости и чёрной ненависти. Он приоткрывает рот, намереваясь что-то сказать. Но кинув быстрый взгляд себе за спину, осекается и выдыхает.
— Привет, Ульяна, — Маша улыбается. — Хорошо выглядишь. Где платье взяла?
— Привет, — лепечу. — П-п-подарили.
— М-м-м… Ясно. И кто? Кто даритель? Не Бунтарь, случайно? — Маша шипит, потеряв всякое дружелюбие.
Я не нахожусь с ответом. Опускаю взгляд в пол. Смотрю на блестящие носки лакированных туфелек. Вижу в них своё отражение."
"— Тварь. Как же я тебя ненавижу, — шёпотом выплёвывает Маша. — На! Держи! — уже громче.
Я забираю из рук девушки свою ленту и колокольчик. Я не имею понятия — случайно или намеренно это было сделано, — но булавка впивается в мой палец, глубоко проткнув мягкую плоть. Я вскрикиваю от пронзившей меня боли.
