Автор
В новой академии Драконов ученик, привыкший к обычной жизни, столкнулся со странностями: полуголое зада дракона на его первом уроке. Он не верил своим глазам до самого конца, а затем понял, что мир вокруг стал куда более загадочным и непредсказуемым.
Таким образом, в семнадцать лет я поступила в Академию Магии Пратта и за два года закончила четыре курса. Простилась со своим учителем – все это время он был рядом, опекая и наставляя, но затем решил вернуться на Танарис.
Жаркий климат был для него невыносим, тогда как со мной все вышло как раз наоборот.
В академии я обзавелась друзьями, хотя это для меня было в новинку. Преподаватели души во мне не чаяли, пророча большое будущее.
Я планировала связать его с наукой и именно с этой академией, мечтая о том, как однажды буду ходить по этим самым коридорам в черной преподавательской мантии, отправляясь на занятия к своим студентам, и что все магические лаборатории академии будут в моем распоряжении.
Но глупо прокололась, выиграв имперский математический конкурс.
И вот теперь я в столичной Академии Драконов! Ректор не знает, как от меня избавиться, а я спешу на занятие по физической подготовке, понимая, что уже опаздываю, да и сам забег от центрального корпуса до стадиона как раз и будет для меня той самой подготовкой.
Мне и его за глаза хватит.
С другой стороны, всегда можно воспользоваться портальной магией.
И пусть передвижение с помощью пространственных переходов по территории академии запрещено – подозреваю, чтобы студенты, только осваивавшие Высшую магию, по своей глупости не убились, распахнув портал в стену, – я решила, что чем больше правил нарушу, тем скорее меня отсюда выставят.
– Эй ты, новенькая! Погоди! – раздался хмурый голос старосты, и портальное заклинание так и не сорвалось с моей руки.
Вздохнув, я решила все-таки погодить, а заодно и узнать, что от меня понадобилось Гордону Стаффорду.
Замерла на дорожке в тени раскидистой липы, поджидая, когда дракон подойдет.
– Меня зовут Лоурен, – сказала ему, решив избавить старосту от размышлений, называть ли меня впредь: «Эй ты, новенькая!» или же «Эй, человечка!».
В ответ Гордон с независимым видом пожал плечами.
– Ректор приставил меня за тобой приглядывать, – заявил извиняющимся тоном.
Причем извинялся он явно не передо мной, а словно просил прощения за столь глупейшую ситуацию у травы, деревьев, дорожки и у вон той лавочки возле липы.
– Выходит, теперь ты моя нянька, – кивнула я.
– Что-то вроде этого, – на лицо старосты набежала тень. Он явно страдал, хотя старался не подавать и виду. – Но я не думаю, что это надолго. Тебя скоро переведут, потому что делать тебе в нашей академии нечего.
Снова кивнула.
– Очень хочется на это надеяться, – сказала ему.
