Автор
В новой академии Драконов ученик, привыкший к обычной жизни, столкнулся со странностями: полуголое зада дракона на его первом уроке. Он не верил своим глазам до самого конца, а затем понял, что мир вокруг стал куда более загадочным и непредсказуемым.
Руки мужчины лежали у меня на груди, а еще, кажется, он вознамерился меня поцеловать…"
"– Вы… Вы вообще в своем уме? – спросила я у ректора. – Что вы творите?!
И творить он что-либо передумал.
– Жива! – выдохнул с огромным облегчением.
Тут рядом с нами распахнулся портал, и из него вышел тот самый светловолосый дракон, любитель спиртного и ехидных замечаний. Уставился на нас с изумлением, затем дернул головой, откидывая с глаз длинную челку.
– Так-так, – произнес он. – И что же тут у нас происходит? Кажется, я пропустил самое начало, но все равно довольно интересно.
После его вопроса ректор убрал руки с моей груди, а я подумала…
Ну ты и дура, Лоурен Райт, сказала самой себе. Нужно было хотя бы на немного прикинуться утопленницей!
Лорд Ховард бы меня поцеловал – по крайней мере, коснулся своими губами моих, пусть и со спасательными целями. А еще бы он подержал меня за грудь. Там, конечно, особо не за что держаться, но все-таки…
Потом я бы с чистой совестью пришла в себя, а завтра-послезавтра перебралась в другую академию или же вернулась на Пратт.
Зато мне было бы о чем вспомнить. Разве не об этом я втайне мечтала, когда лежала в лазарете и смотрела на дверь, за которой стоял Грейсон Ховард?!
– Она… Она прыгнула в воду! – к нам подбежала Фиона. – Мы с подругой думали, что она пыталась утопиться!
– Мы ее и пальцем нее тронули, – ледяным голосом заявила подошедшая Тина.
Остановилась, посмотрела на меня сверху вниз.
Ее глаза были полны презрения. Так, словно она и впрямь думала, что я пыталась утопиться из-за ее слов.
– Только если заклинанием Огня, – усмехнулся светловолосый дракон после того, как посмотрел в сторону мостика. – Что это было? Огненный Кулак или же Пытающая Десница? Отсюда так сразу не разглядеть, но я же могу прогуляться и считать…
Лицо ректора посерело.
– Ваше имя, студентка? – спросил он у растерявшейся Тины, и его голос не предвещал той ничего хорошего.
– Тина, – сказала ему. – Меня зовут Тина Лассет, и этой человечке я ничего не сделала! Если бы я хотела ей что-то сделать, она бы здесь не сидела.
Потому что я уже села и принялась поправлять платье.
Оказалось, когда ректор вытащил меня на берег, мои худые коленки оголились, и я не видела в них ничего такого, что должны были увидеть остальные.
– Она ничего мне не сделала, – кашлянув, сказала я Грейсону Ховарду и тому, второму дракону, смотревшему на меня с ехидцей, словно он давно уже догадался, что произошло на мостике и в пруду.
