Автор
Деревня Орлова, где жестоко казнили Аввакума и его последователей, стоит перед твоими очами. В воздухе пахнет сажей и раздавленной землей, как будто время здесь замедлило свой полет. Прямо посреди Нижнего Новгорода — священный крест на камне, символизирующий веру и подвиг чудесного мученика Аввакума....
В конце концов, пришлось сообщить ему, что уже имеются двое убитых приезжих купцов, а убийцы продолжают гулять по ярмарке. Каргер, недостаточно владея деталями, предоставил Благово сделать обстоятельный доклад, и тот последовательно, четко, не скрывая своих упущений, рассказал все дело о рукописи Аввакума. Закончил он доклад тем же резюме: или «раздорники», или хлысты, или скопцы.
С минуту Игнатьев молчал, обдумывая услышанное, а потом спросил, и вовсе не о том:
— Господин Благово, а почему мне докладываете вы, помощник начальника сыскной полиции? Где же сам начальник?
Благово с трудом удержался от желания покоситься на Кутайсова, пересилил себя и ответил спокойно:
— Начальник сыскной полиции статский советник Лукашевич находится в отпуске по болезни, и я исполняю временно его должность.
— И давно он в отпуске?
— Два года с месяцем.
— Федоров, — обратился Игнатьев к своему адъютанту. — Подготовь, голубчик, за моей подписью ходатайство Льву Саввичу[12]: статского советника Лукашевича по длительной болезни от службы уволить; начальником нижегородской сыскной полиции назначить надворного советника Благово с присвоением ему следующего классного чина коллежского советника; выслугу лет в новом чине господину Благово засчитать задним числом с момента исполнения должности начальника, то есть два года с месяцем.
Присутствующие молча переглянулись, слегка ошарашенные манерой графа Игнатьева решать вопросы чинопроизводства, а Кутайсов покраснел.
— Павел Афанасьевич, — продолжал генерал-губернатор, — а почему мы не можем заарестовать Осипа Лякина и его банду в трактире Кузнецова, если мы точно знаем, что он бывает там по ночам?
— Невозможно, ваше сиятельство, — ответил Благово с явным сожалением.
