Мать вошла без стука, служанка отступила в сторону, ожидая приказа. Дочь, нервная и встревоженная, смотрела на баронессу испуганными глазами. Мать приказала ей уйти, затем обратилась к девушке: прекрати вести себя ребенком. Тенденция настроения в комнате наполнена напряжением и холодной решительностью....
А потом Ваша мать предложила мне Вас на ночь, когда я приехал и остался ночевать, дожидаясь возвращения барона.
— Мама? Нет!!
— Увы… да. И я решил, что Вы давно уже не невинна. Поэтому вел себя, как осел и был… таким с Вами… Все это не умаляет гнусность моего поведения и тот вред, что я нанес Вам, но, может быть, Вы со временем сможете простить меня?
Демиана серьезно смотрела в глаза Тамилю и он обмирал от страха — что она сейчас скажет?
— Вы будете делать все, что посчитаете нужным. Этот дом, все слуги, мои деньги и поместья и я сам — все в Вашем распоряжении!
— Отчего же такие щедрые авансы, милорд? Что изменилось с ночи, когда Вам противно было даже мое лицо? Прошло всего несколько часов и я все та же.
— О, Демиана… Я был зол, считал себя загнанным в ловушку, что меня обманом вынудили жениться на недостойной… И да… мне нет оправдания. Что изменилось? Я разглядел Вас и понял, как глубоко заблуждался и теперь очень хочу исправить все, что натворил.
— В завещании были еще какие-нибудь условия? — спросила Деми.
«Умная девушка» — подумал герцог и ответил:
— Да. Вторым условием было зачатие ребенка до истечения года со дня свадьбы. Но Вы не волнуйтесь, у нас впереди много времени и я больше никогда ни к чему не стану Вас принуждать! Приложу все усилия, что бы Вы забыли эту ночь.
Демиану передернуло, герцог заметил это и его настроение упало еще на один градус вниз.
— Раз уж судьба нас связала, в нашей воле сделать совместную жизнь приятной для обоих. Пожалуйста, Демиана, дайте нам — мне! — шанс!
В дверь раздался стук и голос Габриэля произнес:
— Милорд, все слуги и прислуга собраны.
— Хорошо, Габриэль, мы сейчас будем, — откликнулся герцог. — Так как, миледи? Вы позволите мне ухаживать за Вами?
Деми задумчиво поглаживала пальчиком обивку дивана, хмурила брови и размышляла.
«Если он говорит правду, то его поступки объяснимы. Любой мужчина возмутится, если его вынудят жениться. Но не Демиана была виновником его проблем, поэтому он не должен был срываться на ней! А если еще раз его кто-то огорчит — он опять накинется на жену? Еще ребенок… Дети — это счастье, но рождаться они должны не по завещанию, а по любви.
Деми взглянула на мужа — красив, но не смазливой красотой, а мужской, настоящей. Серые глаза в обрамлении густых ресниц, прямой нос, волевой подбородок с трогательной ямочкой, высокий лоб, густые, немного вьющиеся волосы насыщенного шоколадного оттенка. Высокий, широкий в плечах и узкий в бедрах.
