Далее всё затихло, и на внезапно загоревшемся над стендом табло высветилась цифра: пятьсот два.
Выбравшись наружу, курсата увидела результат и расстроилась:
— Нормально, — возразила ей Марина. — Ты просто растерялась. Ничего, ещё пару раз внутри окажешся — и всё пойдёт как надо.
Подбодрив девушку, она обратилась уже ко всем:
— Курсаты, на первый результат можете большого внимания не обращать, он не показателен. Пока просто привыкните и освойтесь внутри.
Следующей пошла Бурыкина — слегка высокомерная девица из первого отделения, одна из тех, кто демонстративно кривил губы при моём появлении. Продержалась она чуть дольше и заработала почти шестьсот баллов.
На каждую курсату уходило от двух до пяти минут, так что стандартной пары на всех должно было хватить. Вот только я, несмотря на фамилию, находился в конце списка, так как прибыл на учёбу позже всех остальных, и поэтому скучал в ожидании, мимоходом отмечая, кто и сколько заработал.
Светка-миньетка, когда очередь добралась до неё, показала аж восемьсот и на место ушла донельзя гордая, подтвердив свой статус лучшей, а значит, недаром назначенной комвзводой.
Вика еле обогнала Аронову, набрав пятьсот семнадцать, а Кристина — и тут я слегка огорчился — наоборот, даже чуть меньше получила: четыреста шестьдесят восемь.
В целом, где-то от пятисот до шестисот был средний результат, и судя по абсолютно спокойному выражению лица Ржевской, что-то помечающей у себя в компьютере, всё было не хуже и не лучше, чем у других. Всё-таки взводов в параллели имелось целых пять, и между ними и вправду бывали соревнования, комвзвода не зря кипишила.
На меня, когда я пошёл к стенду, внимания уже не обращали. Девчонки тихо шушукались, меряясь результатами, и обсуждали, кто на чём погорел. Кто-то замешкался и не смог уйти от сосредоточенного огня нескольких противников, кто-то пропустил подкравшихся и неожиданно нанёсших удар сзади врагов, одна и вовсе повредила при падении одну из ног доспеха и, потеряв манёвренность, стала лёгкой жертвой. В общем, тем для разговора было предостаточно.
Только Марина незаметно потрепала меня по плечу, когда я лез внутрь, и прошептала одними губами:
— К чёрту, — ответил я, и круглый люк плавно и плотно с лёгким чпоком захлопнулся, оставляя меня в полумраке дежурного освещения.
Неторопливо оглядевшись и чуть поёрзав в слегка великоватом для меня кресле, я потрогал рычаги управления, что оказались совсем как в «Триаре», и, решившись, одел шлем, выжимая кнопку запуска.