Ещё раз тщательно проверив, как настроено кресло, я защёлкнул пряжку ремня и, прикрыв глаза, постарался как можно ярче представить в памяти интерфейс игры, чтобы как живой встал перед внутренним взором, словно я не в настоящей машине, а у себя в квартире сижу за широкоформатным экраном, откинувшись в кресле, после не приносящей никакого удовольствия работы и, одев наушники и сделав погромче звук, запускаю очередную гонку.
Секунд через тридцать, открыв глаза, на сетчатке которых, кажется, буквально отпечатались рамки экрана, я улыбнулся в зеркало Илане какой-то полубезумной улыбкой и, расхохотавшись, сказал:
— А теперь держитесь, девочки! — и, вдавив газ до пола, сбросил сцепление, поднимая тучу пыли и камней из-под колёс.
— Петя! — только и успела выдохнуть Руслана, когда, вылетев на горку, я вывернул руль, рывком ручника срывая задние колёса и юзом входя в крутой поворот. Снова газ, руль обратно и ручник, следующая горка…
— Петя! — воскликнула женщина громче, когда мы на полном ходу подпрыгнули, отрываясь всеми четырьмя колесами, но пролетев яму между двумя холмиками.
— …ля! — выругалась сзади неосмотрительно оставшаяся непристёгнутой Семёнова, чуть не пробив головой крышу и с протяжным скрипом дивана приземлившись обратно.
— Петя, бать твою! — вцепившись в ручку двери, в полный голос проорала боярыня, когда на очередном повороте я словил кочку и мы встали на два боковых колеса.
Но мне всё было нипочём.
— Ту рум тум тум, тум дурум дурум рум, — напевал я, выкручивая руль и словно с трамплина срываясь с очередной кочки. Английским я владел не слишком хорошо, на уровне «Лондон из зе кэпитал оф грейт британ», поэтому песню особо не понимал, улавливая разве что отдельные слова, но это не помешало мне её текст запомнить, и сейчас, летая по треку, я немузыкально орал: — Фри, сикс, найн, стэнд рил файн! Мув ит ту ю сак ит ту ми ван мо тайм! Гет лоу, гет лоу, гет лоу, гет лоу! Ту зе виндоу, ту зе вол! Ту зе свит дроп даун май боллс! Ту ол ю бичес краул! Ту ол ски ски мафака! Ол ски ски годдэмн!
— Петя, что ты поёшь?! — шокированно выдохнула Златолесская, чьи глаза с каждым словом становились всё шире.
— А что? — поинтересовался я. — Не нравится?
— Ты вообще понимаешь, о чём она?
— Ну, про машины, наверное, — пожал плечами я, продолжая мысленно ту-думкать.
— Нет, Петя, не про машины! И будь добр при мне эту гадость больше не петь!
— Ну ладно, — согласился я, уже переключаясь на вторую песню из моего любимого плейлиста. — Лайк э дог визаут э бон, эн экто аут элон, райдерс он зе сторм. Зес э киллер он зе роад, хис брейн ис сквирмин лайк э тод. Тейк э лонг холидей, лет ёр чилдрен плей. Иф ё гив зис мен а райд, свит фэмили вил дай.