Автор
В квартире царит острое напряжение, словно молния готова прорезать темноту. Запах выжженной бумаги — знак того, что дом уже давно под ударами судьбы. Я осматриваю пространство, пока песик спокойно обследует ковер рядом с входом, его виноватый взгляд натекает дрожью страха....
Рядом раздается капризным голосом:
— Мама, не вешайся на моего Сашку, совсем стыд потеряла! Не позорься, теперь этот мужчина - МОЙ!
Друзья, если вы еще не поддержали книгу лайком и комментарием, очень прошу это сделать. Лайк - кнопка ""нравится"" рядом с аннотацией. Ваша активность очень важна для книги в процессе!
Глава 11
Глава 11
Она
— Милана, ты все не так поняла! — хмурится Саша. — Не кричи, иди налей чай старшему поколению, а мне с твоей мамой нужно кое-какой важный вопрос решить.
— О разводе? — деловито интересуется Милана, ревностно смотря на отчима.
— Я тебе расскажу, — обещает Саша. — Давай, Милан, посиди с бабушками, не стоит обстановку накалять.
Воспользовавшись паузой, я быстро надеваю обувь, подхватила сумку, рюкзак, Джек на поводке уже уткнулся носом в дверь.
— Вика… — растерянно бормочет Саша.
Он шагает за мной в подъезд и идет по пятам.
— Вик, давай не будем гнать волну! Все образуется… Я с Миланой поговорю, эта блажь пройдет, вот увидишь. Я давно тебе говорил, твои родители балуют ее, вот и результат.
Я резко разворачиваюсь в его сторону:
— А тебя, подлец, кто разбаловал? Ты совсем за собой никакой вины не чувствуешь?
Муж шагает ко мне ближе, понизив голос.
— Вика, я долго продержался. Милана постоянно передо мной дефилировала. В твое отсутствие. То грудь засветит, то попку, а потом… когда под одеяло ко мне нырнула, все, разум отключился! Я оступился. Всего лишь с ней. Но если ты дашь мне шанс…
— Обалдеть! — шепчу я. — Твоя подлость и мерзость просто не знает границ.
— Но я… Я не люблю ее! Это просто… эго… Потребности мужские! Вика, если уж на то пошло…
— Молчи! Ты, мужик, которому скоро будет сорок! И кляузничаешь на восемнадцатилетку, обвинив ее в том, что она тебя соблазнила! Самому от себя не противно?
— Вика… — выдыхает.
— Довольно. Ни слова больше не хочу слышать. За оставшимися вещами приеду позднее.
Кто-то скажет, что я сбегаю.
Может быть, так и есть…
Но хуже всего то, что я не получила желаемого. Не знаю, зачем я позвала родителей? Пристыдить хотела? А ничего не вышло. Стало только хуже… Тонна презрения и негодования вылилась на мою голову. Во всех грехах обвинили меня, как ту, что дурно воспитала Милану, и я сама себя тоже в этом корю, поэтому каждое слово обвинения падает в благодатную почву.
