Автор
В квартире царит острое напряжение, словно молния готова прорезать темноту. Запах выжженной бумаги — знак того, что дом уже давно под ударами судьбы. Я осматриваю пространство, пока песик спокойно обследует ковер рядом с входом, его виноватый взгляд натекает дрожью страха....
Думаешь, оказаться в тюряге мечтает каждый? Пусть даже уличный пацан вроде меня? Нет… Несмотря на все договоренности и обещанные ништяки, когда оказываешься за решеткой, вдруг теряешь надежду и кажется, что тебя кинули. Все… Уверенность пропадает. Остается напускное. Поддерживает вера в то, что тебя ждут, а у меня эту веру отобрали. Да, я поверил. Эти письма… Они будто дышали неприязнью и нежеланием тебя со мной общаться.
— У нас с мамой очень похож почерк.
— Я поверил тогда… И позднее поверил снова… — он смыкает челюсти.
— Мне хочется сказать тебе, прости. Не я это делала, но почему мне так стыдно? — вздыхаю. — Мне не хватило… веры в нас.
— Ты не виновата. Я много лет жил, виня тебя, но когда увидел, услышал… Я понял, что ты стала такой же жертвой старой… интриганки!
Накал между нами велик.
Чтобы успокоиться, перевожу взгляд на цветы.
Впереди — еще сложная встреча с Миланой.
— Мне кажется, тебе стоит поспешить. Иначе мы опоздаем.
— Мы обязательно должны опоздать, — кивает Кирилл. — Поехали, сделаем круг по живописным местам.
— Зачем нам опаздывать?
— Если я что-то понял за эти годы, то ждут те, кто заинтересован во встрече больше, чем опаздывающие. Милана подождет.
Кирилл накрывает мою руку своей.
— Хватит играть по чужим правилам, Вики. Пора создавать свои…
Мне надо одернуть Кирилла.
Сказать, чтобы больше не называл меня так.
Но почему-то я этого не делаю и бессовестно соглашаюсь немного поколесить по городу…
Глава 25
Глава 25
Она
Мы опоздали больше, чем на двадцать минут.
Будь я одна, я бы себе такого не позволила и была бы в ужасе, начала оправдываться прямо с порога перед теми, кто меня ждал так долго. Но присутствие Кирилла странным образом усыпила мою чрезмерную совестливость, и я даже смогла расслабиться, пока мы катались по городу, просто слушая музыку и разглядывая живописный район.
На миг мне даже показалось, будто мне снова восемнадцать, и я катаюсь с Кириллом, замирая от восторга.
Только теперь мне больше тридцати, Кириллу — под сорок. Мы сидим в дорогом, престижном седане, а не разбитой ладе, которую он взял у приятеля погонять.
