Автор
В квартире царит острое напряжение, словно молния готова прорезать темноту. Запах выжженной бумаги — знак того, что дом уже давно под ударами судьбы. Я осматриваю пространство, пока песик спокойно обследует ковер рядом с входом, его виноватый взгляд натекает дрожью страха....
Мы не так много времени вместе, после стольких лет разлуки, но я удивительно быстро научилась его читать даже без слов. Именно сейчас он едва сдерживается, подозревая самое худшее. И, самое ужасное, я с ним согласна.
— Милан, у тебя хотя бы часть этих чудесных… афродизиаков осталась? — уточняю я.
Слово за словом мы вытягиваем из Миланы информацию, разумеется, оставив ее в клинике под присмотром персонала, чтобы она прошла полную детоксикацию.
— Я этим займусь, — обещает Кирилл. — Выясню все.
***
У этой истории с чудодейственными афродизиаками, усиливающими природное влечение в паре, оказалась крайне банальная и прозаическая правда.
— Афродизиаки, млин! — Кирилл рассержен. — Обычные возбуждающие. Причем, дешевые, копеечные, вызывают эффект, тот самый… Возбуждающий. Такие препараты организм сажают на раз-два… Побочных эффектов — тьма.
— Боже, а ведь Сашка мне сказал, что он себя временами будто не контролировал, — ахаю я.
— Вот только не надо его оправдывать! — злится Кирилл, сжав кулаки.
— Я не оправдываю этого подлеца, просто говорю, что эффект от этих препаратов был. И, заметь, как только Милана съехала, потеряла часть таблеток, так и отношениям их пришел конец.
— Ладно, ты права. Права, конечно! И Наташка эта…
Кирилл переводит дыхание.
— По словам Миланы, подружка ее пропала, с ней не связаться. Я все про нее разузнал. Тварь, словом. Кажется, ей не впервые приходится проворачивать этот фокус с афродизиаками.
— Чтоб ей пусто стало!
— Уже стало. Жила, как тварь, как тварь, и кончила…
Кирилл рассказывает историю вкратце. У меня по телу ползут холодные мурашки, волоски приподнимаются дыбом.
Как хорошо, что нас миновала эта участь… Но и задела по касательной семью, обнажила неприглядную правду, развела по разным углам тех, кому не суждено быть вместе.
Мы приняли решение рассказать Милане о методах работы ее подружки, без прикрас."
"Дочь, к тому времени проходящая реабилитацию, восприняла наши слова более адекватно и согласилась пройти полноценное лечение. Ей стало страшно кончить жизнь так же, как ее «подруга». К тому же никому не нравится быть обманутым…
Я сильно приукрашу, если скажу, что в дальнейшем наши отношения с дочерью стали идеальными. Нет, совсем не так.
