Долгожданное продолжение эпической саги о братьях. Второе десятилетие вечной зимы сковывает мир после космической катастрофы. Среди нарастающих морозов и метелей герои путешествуют, борются за выживание и отстаивают каждый свою правду. Судьбы переплетаются в захватывающей истории о власти,...
Раздел Chitat.online для книги «Завтрашний царь. Том 2» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Долгожданное продолжение эпической саги о братьях. Второе десятилетие вечной зимы сковывает мир после космической катастрофы. Среди нарастающих морозов и метелей герои путешествуют, борются за выживание и отстаивают каждый свою правду. Судьбы переплетаются в захватывающей истории о власти,...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Долгожданное продолжение эпической саги о братьях. Второе десятилетие вечной зимы сковывает мир после космической катастрофы. Среди нарастающих морозов и метелей герои путешествуют, борются за выживание и отстаивают каждый свою правду. Судьбы переплетаются в захватывающей истории о власти,...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Идя в поезде, новые ложки учили хвалы, но таких прекрасных не слыхивали. Возносящих, зовущих, крылья дарующих… А когда показалось, что восхищение достигло предела, через край жёлоба хлынули молодые слаженные голоса:
Он любил мальчишкам повторять:«Не забывайте МатьПочитать,Прославлять,Защищать…»Хотён подошёл прямой, торжественный. Скрестил с Лихарем локотницы. Преклонил колено. Лихарь его поднял за плечи, как отец сына после разлуки. Повернулся, повёл в крепость.
У лихих людей он забиралИ в сердце принимал,Обучал,Наставлял,Распрямлял…Поезд, конечно, встречали не одни котляры. Ротозеи сбежались со всей круговины, из повинных Чёрной Пятери затонов и острожков. Любопытные парни, даже своевольницы-девки. Иные, как водится, сорвались без родительского благословения. Этим не миновать хворостины, когда вернутся домой. Но можно ли удержаться? Пропустить случай, коего не будет ещё семь годков, а может, и десять?
Девки лупили глаза на Хотёна, на Беримёда с Бухаркой. Сила и удаль, идущие широким плечом!
– Я сопливыми их видал, – долетело хвастовство усатого гнездаря. – Ныне, глянь, кто державец, кто ажно стень!
Дома сидели, кажется, лишь Недобоичи, но о них ли тужить.
– Дурни мы с тобой, – тихо сказал Гойчин.
– С чего ещё?
– А с того, что сестрёнку в крепость ведём.
Ирша померк, задумался. На орудье они исполнились дерзости. Уверовали в себя. В то, что Цыпля за ними надёжна. А вот Лихарь встал на дороге… и вся их защита явилась утлой ветошкой, ветром колеблемой.
Ох, дурни.
– Верных молодцев сыскать, – озирался Гойчин. – К бобылке чтоб увезли…
– А не примет омёха? Ну как гнев не иссяк?
– Тогда…"
"К Лыкашу на поварню – и врать, мол, Шерёшка прислала. Державец бобылку не позабыл, да и тень Ветра ещё ограждает бывшую узницу. К тёте Надейке в Дозорную, в клетушку на третьем жилье. Служить, краски тереть. Лихарь тётю Надейку держит нетуго, она ему гораздые картины источит…
Так себе броня, но где лучшую взять?
Острожане, достойные позаботиться о Цыпле, всё не попадались на глаза воронятам. Вот по правую руку открылось устье тропинки к воинскому городку… Ирша метнул взглядом. Ух ты, кто приехал! Знакомая гнутая сошка, надвинутый вдовий плат, клокастая нагольная шуба! А за спиной – те самые лучшие лыжники. Успели, стало быть, обернуться. И мудро навестили шабровку.
– Вышло чудо из печуры, – только произнёс Ирша.
– От стервоядцев приняла, – благоговейно выдохнул Гойчин.
Заметила их Шерёшка? Даже не посмотрела. Все глаза у неё были для прилежно шагавшего коренника, для рыжего росомашьего кожушка на заиндевелом хребте. Вот шагнула вперёд. Ещё шагнула, ещё. Оступилась, выронила клюку. Цыпля сиганула с высокой спины, минуя оглоблю. Кинулась. Шерёшка ничего не сказала, лишь обняла.
– Тот раз отступника вешали.
