Автор
В дешевом кафе на углу бар приглашает кого-то особенного — саму, чтобы она нашла того, кто заслуживает Лизиной любви. Каждый шаг подразумевает опасности и сладкую удачу в одном флаконе. Вдруг оказывается, что найти верного человека зачастую означает рискнуть самим собой....
И наблюдать через окно, как Даша с Андреем выбрались из машины и гуляют на детской площадке напротив.
И в сотый раз прокручивать в голове сегодняшний вечер...
Костя… Чтоб он провалился!
Надо было сразу уйти. И увести Дашу. Да, она бы устроила скандал. Разревелась бы, что ей не дали поиграть с Василиной.
Это было бы неприятно. Но теперь будет еще хуже!
Этот день рождения… моя самая большая ошибка за сегодняшний вечер. Если бы нас пригласил Костя, я бы отказала без колебаний. Но это была Василина. И у меня не хватило духу сказать: “нет”, расстроить обеих девчонок.
С каких пор я стала такой мягкотелой? Где сегодня была моя жесткость и пацанская грубость?
Мы не пойдем на этот день рождения. Конечно, не пойдем!
Я объясню все дочке. Ей придется понять и принять, что мы с Костей расстались и больше никогда не будем вместе.
Конечно, Василина, тут ни при чем. Но их дружба не может продолжаться. И это огорчение Даше придется пережить…
Я выхожу из аптеки.
И вдруг вижу, что дочка стоит у качелей и рыдает.
Андрей суетится вокруг нее, не знает, что делать. А Даша содрогается и всхлипывает так, что у меня просто сердце разрывается. И коленки подкашиваются - от страха.
Я подбегаю к дочке. Присаживаюсь перед ней.
- Что случилось? Тебе больно? Упала? Ударилась?
Даша ничего не может ответить - слезы мешают. Она лишь отрицательно мотает головой.
Я вижу, что она, вроде, цела - ни крови, ни ссадин.
- Что случилось?
- Я не знаю… Мы просто разговаривали.
- О чем?
- О Костике, - он виновато опускает голову.
- А конкретнее?
- О том, почему вы расстались…
Блин. Взрослый же человек. Неужели не понимает, что не надо втягивать в это ребенка?
Не понимает! Потому что его захлестнула ревность. Я это видела. И чувствовала себя виноватой. А он...
Я несу Дашу на руках к машине.
- Все нормально? - спрашиваю я.
Дочка молча кивает.
- Сейчас поедем домой, выпьем чаю с вафельным тортиком. Искупаем Лайлу в новой ванночке. Думаю, ей понравится.
- Ага, - кивает дочка.
Но не улыбается.
Обычно она быстро отходит от слез. Ее легко увлечь чем-нибудь приятным. Но сейчас в ее глазах застыла глубокая печаль…
И это рвет мне сердце.
Я усаживаю Дашу в детское кресло. Захлопываю дверь. И смотрю на Андрея.
