В холодном московском доме ждут утра: асенька стирает белье и складывает туфли. Мама выглядит на перегонке, глаза полны тревоги — все вещи уже собраны, но что-то не так. Асенька требует помощи от папы, чтобы в последний момент унести подушку и плед. Внутренняя атмосфера напряжена, ощущение будто весь мир приготовился к неизвестности, которой ждет семья....
Я даже и не вспоминал все это время про кареглазую супругу моего единственного друга, которая столько лет не покидала моего сердца.
И вот я проснулся от будильника с чумной головой и диким возбуждением, которое неимоверно бесило."
"«То ли еще будет, — хохотнул Рахтар, когда я стоял под ледяными струями воды. Мысленно схватил его за хвост, с силой дергая на себя. — Эй! — возмутился он. — Ты чего?!»
Спустя некоторое время осматривал пристальным взглядом три шеренги боевиков, выискивая глазами ту, которая все больше занимала мои мысли, хотя я сопротивлялся как мог, не желая ее пускать в свою голову.
«Ты выбрал не ту, друг, — хмыкнул я своему ящеру, чувствуя, что нашел ответ на свой вопрос. — Ее нельзя трогать…»
Рахтар ничего не ответил, лишь издал тихий смешок и скрылся в глубине моей души.
Сам не знал, зачем поставил девчонку в спарринг с двумя парнями, да еще и старшекурсниками. Они так недовольно морщились, в то время как Асирия была собрана и сосредоточена, что было не в пользу ее соперникам.
«Если с моей девочкой что-то случится, я тебе задницу подпалю!» — рычал злобно дракон, когда я поднимал купол над зеленоглазой.
«Она не твоя, Рахтар! И никогда ею не будет! Забудь и прекрати мне внушать свои мысли и желания, они сводят с ума!»
— Бой! — выпустил в воздух сноп искр, пристально смотря за тем, как Асирия чуть присела, выставляя перед собой согнутые в локтях руки…
ГЛАВА 15
Недолго музыка играла
Асирия
Дыхание ровное.
Зорко смотрела на двух боевиков, краем глаза отмечая, как защитный купол смыкается над нашими головами, отделяя от всех остальных.
— Позор какой, — фыркнул один из них, — стою в спарринге с девчонкой! Кому скажи — засмеют!
— Да ладно тебе, — буркнул второй, — сейчас ее быстренько уделаем и забудем сей позор!
Не проронила ни слова.
