В холодном московском доме ждут утра: асенька стирает белье и складывает туфли. Мама выглядит на перегонке, глаза полны тревоги — все вещи уже собраны, но что-то не так. Асенька требует помощи от папы, чтобы в последний момент унести подушку и плед. Внутренняя атмосфера напряжена, ощущение будто весь мир приготовился к неизвестности, которой ждет семья....
Правда потом требовалось снять с Асирии свою энергетику, но для этого нужно было просто к ней прикоснуться.
Даже Рахтар не понял, что я сделал. Или он был настолько занят, пропесочивая меня за содеянное, что попросту пропустил этот момент.
Я следил не отрывая глаз за грациозными движениями девушки, за уверенными действиями и ударами. Порадовало то, что Асирия не стала пользоваться своим женским очарованием, как было со мной. Даже и не знаю, как отреагировал бы, увидь нечто подобное.
«Это… это чего он ее лапает?! — взревел Рахтар, яростно ударяя хвостом и выпуская дым из ноздрей.
Я был даже благодарен своему дракону за его неугомонную болтовню.
Снял куполообразный контур, дотрагиваясь до плеча девчонки, как она стремительно замахнулась на меня, намереваясь ударить.
«Какая девушка… нет, ну все же какая девушка…» — вздыхал Рахтар, мурча от ее близости.
Злобно скрипнул зубами, потому что столь бурная реакция моего ящера на Асирию, которая передавалась и мне, совершенно не нравилась.
Взгляд переместился на двух лежащих не земле боевиков, которые при виде меня притихли, хлопая глазами.
— Что-то мне подсказывает, что рано вы собрались выпускаться. Нет? — удерживая в своей ладони сжатый кулак девушки, чувствовал, как по телу бегут странные мурашки. Как заставляют мое сердце трепетать…
— Магистр… — открыл рот первый из поверженных.
— Мне не нужны твои слова! — прервал я готовые сорваться с языка оправдания. — Увидел все, что требовалось!
Не стоит говорить, что за боем Асирии наблюдали все боевики. Те, кто первыми начали спарринг, остановились, прилипая к защитному барьеру и на время забывая о своем противнике. И сейчас, когда «обучение» первогодки старшекурсниками было завершено, на поле стояла оглушительная тишина.
